Любитель адреналина

В прошлом году на юниорском первенстве мира, проходившем в Италии, он выиграл «золото». В минувшую субботу на аналогичном форуме в Раубичах Дмитрий МАЗУРКЕВИЧ завоевал «серебро», которое, как признался корреспонденту «СП», из-за суровых погодных условий далось даже тяжелее.

Фото автора

— Большой мороз – это полбеды. За два дня тренировок мы немножко привыкли к нему. Просто старались больше разминаться, бегать по лестнице, чай пить. Для нас это привычное дело. Куда больше жизнь портил сильный ветер. К нему не все смогли подстроиться, но мне вроде удалось.

— Отстоять чемпионский титул оказалось сложнее, чем его завоевать?

— Конечно. В прошлом году в Италии, с одной стороны, условия были куда более комфортными. А с другой тоже непростыми: и трамплин таял, и солнце отражалось. Сейчас гораздо больше чувствовалась ответственность. Тем более выступали дома. Признаться, не ожидал увидеть столько зрителей. Мне кажется, их было не меньше, чем на этапах Кубка мира. Даже сильный мороз людей не испугал. Естественно, хотелось порадовать их хорошим выступлением. Среди тех, кто за нас болел, были и две олимпийские чемпионки – Аня Гуськова и Алла Цупер, а также приехавшие из Пьенчана Стас Гладченко, Саша Романовская, тренеры сборной. Их поддержка тоже дорогого стоила. Аня перед стартом сказала: «Дима, мы с тобой. Ты просто соберись с мыслями, постарайся целиком сосредоточиться на прыжках и подсказках тренера». Думаю, её совет тоже помог добиться успеха.

— Наверняка и родители приехали поболеть за сына?

— Нет, я сам предложил им не мёрзнуть, а посмотреть соревнования по телевизору. Тем более для мамы каждый мой старт – это большой стресс.

— Как она вообще согласилась отдать вас во фристайл?

— Самое интересное, что она сама и привела меня в секцию, правда, толком не знала, в какую. В детстве я был очень активным. И она решила, что на батуте я смогу выплеснуть свою энергию. Через три года меня поставили на горные лыжи. А ещё через какое-то время в Курасовщине сделал первые сальто. Ни о каких победах я тогда и близко не помышлял. Просто занимался в своё удовольствие у Елены Александровны Демидовой. Позже перешёл к Юрию Алексеевичу Купрацевичу, затем – к Дмитрию Владимировичу Дащинскому.

— А когда мама поняла, куда сына отдала?

— Когда я показал записанные на телефон свои первые сальто. Она, естественно, испугалась. И категорично заявила, что на этом моя карьера фристайлиста заканчивается. Но я-то уже глотнул адреналина и почувствовал, что это – моё. Поэтому наотрез отказался бросать тренировки. К тому моменту Алексей Гришин, Дмитрий Дащинский уже поднимались на олимпийский пьедестал, Алла Цупер, Антон Кушнир здорово показали себя на этапах Кубка мира. И я сказал, что в будущем хочу добиться таких же успехов. Показывал родителям их прыжки, насколько это красиво и интересно. Но только два года назад мама, уже побывав на соревнованиях в Раубичах и на тренировках в центре фристайла на водном трамплине, смирилась с моим выбором. А до этого не раз уговаривала заняться чем-нибудь другим.

— Прогресс в результатах связан с переходом к Дащинскому?

— Пожалуй, да. Мы нашли общий язык. Я хорошо понимаю его подсказки, а это очень важно. Стал завоёвывать медали сначала на этапах Кубка Европы, а в прошлом году и первенство мира среди юниоров выиграл. Это придало уверенности и мотивации. Я понял, что могу, что у меня хватает и силы, и мастерства, выносливости, чтобы на равных конкурировать пока со своими ровесниками. Но в перспективе хотелось бы и во взрослой компании реализоваться.

— Как вам дался переход на тройные сальто?

— Как и всем, непросто.  Пока ты маленький, страха почти не чувствуешь. Сказали прыгать сальто — идёшь и делаешь. А чем старше становишься, тем больше осознаёшь, что это действительно небезопасно.  Да и сальтовый трамплин с большим не сравнить. К тем же двойным сальто, в том числе с тремя и четырьмя пируэтами, за пять лет я привык. А на каждое тройное, не скрою, пока ещё нелегко собраться. Это совсем другой уровень. В бассейне их не так страшно прыгать, там есть воздушная подушка, смягчающая приводнение. Я даже «три с четырьмя» попробовал – второй его вариант. А на склоне нужно больше концентрироваться на приземлении.

— На снегу вы его опробовали в декабре 2017-го в Финляндии?

— Да, на сборе с основной национальной командой в Руке под руководством Николая Ивановича Козеко. И оно на удивление шикарным получилось, ровненьким, красивым, «в ноги». Видимо, на эмоциях. Затем пробовал его же с одним и двумя винтами. Всего их штук 15 сделал, больше не позволила погода. И они уже разными выходили: и кривыми, и с падениями. Хотя очень старался, потому как не хотелось упускать шанс попасть на Олимпиаду. Но из-за недостаточной напрыжки Николай Иванович предложил вернуться на средний трамплин и целенаправленно подводиться к первенству мира.

— И это означало, что Игры точно пройдут без вас…

— Поначалу я расстроился из-за этого. Но затем решил, что тренеру виднее. Да и всё, что ни делается, — к лучшему. Зато больше поработал над двойными, благодаря чему, думаю, и завоевал сейчас медаль.

— Иметь в арсенале «два с четырьмя» тоже дорогого стоит…

— На этот прыжок действительно не многие юниоры решаются. Сейчас в Раубичах его исполняли только завоевавший «золото» швейцарец Ной Рот и россиянин Максим Буров, который, правда, упал. Дело в том, что после первых двух винтов ты буквально на доли секунды открываешься и практически ничего не видишь. Да и приземлиться «в ноги» после второго двойного пируэта сложно. То есть его нужно напрыгивать. И поскольку у меня нынче такой возможности не было, не стал рисковать.

— Свой дебют на этапе Кубка мира в феврале 2016-го помните?

— Конечно. Накануне тогда травмировался Денис Осипов, и меня включили в выездной состав. Помню, как впечатлили и высочайший уровень мастерства соперников, и качество склона. Я прекрасно понимал, что с двойным сальто с тремя винтами шансов занять высокое место у меня нет. Но и его, к сожалению, завалил. Нынче выступал на всех шести этапах, но, как уже сказал, с двойными сальто, не позволявшими бороться за финал. Делал их довольно стабильно, попутно осваиваясь в элитной труппе.

— Есть ли фристайлист, чья техника прыжков вам особенно импонирует?

— Мне очень нравилось, как прыгал Дмитрий Владимирович. У него очень красивые линии и всё выверено: отход с трамплина, фигура в воздухе, приземление. Если не хватало высоты, он мог докрутить за счёт рук, а когда её много, с их помощью растянуть прыжок. Я частенько пересматриваю его попытки в интернете. А из действующих спортсменов особенно нравится Антон Кушнир, которого не зря сравнивают с эталоном.

— И о чём мечтаете?

— Попасть на следующую Олимпиаду в Китае и там сразиться за пьедестал. Надеюсь, к тому моменту моя программа будет такой же, как была сейчас у  Кушнира и Гладченко. Времени на её освоение ещё достаточно.

539 просмотров

Ваш e-mail не будет опубликован.