Её серебряная авантюра

Когда минувшей зимой её соперницы активно закладывали фундамент, лидер белорусской сборной байдаристок Марина ЛИТВИНЧУК сначала готовилась к родам, затем восстанавливалась после них. Только в марте она смогла возобновить тренировки.

Причём начинала почти с ноля. Из-за пропущенного межсезонья о выступлении на стайерской «пятёрке» нынче точно не мечтала. Даже отправляясь на чемпионат мира в Португалию, такой мысли не допускала. Но от авантюрного предложения Геннадия Галицкого почему-то не отмахнулась, решила рискнуть. И в итоге добыла «серебро», самое, как призналась, неожиданное.

Фото автора

Продышусь и сойду

— Вообще желающих стартовать на 5 км нынче не было. Но, как выяснилось, предварительно заявили Дарью Бойчевскую. Когда пришло время определяться окончательно, Геннадий Николаевич в группе в вайбере забросил удочку: может, кто-то созрел? Мы отшутились, предложив Риту Махневу, которая вообще не жалует длинные дистанции и совсем недавно возобновила тренировки после родов. Когда он задал этот вопрос конкретно мне,  ответила, что ещё ход не тот. Да и тестовых тренировок длиннее двух километров нынче не делала. «Пятёрку» ходила, но только в качестве разминки перед основной работой. Поэтому понимала, что это будет невероятно тяжёлая гонка. Согласившись закрыть её, для себя решила: немного продышусь и сойду.

Тем более нынче и компания подобралась как никогда сильная: что ни фамилия, то победительница или призёр кубковых этапов, прежних чемпионатов мира или португальского на других дистанциях. Достаточно назвать южноафриканку Бриджит Хартли, которая выиграла самую первую «пятёрку» в Чехии. Её рекорд до сих пор держится. И она сейчас активно участвует в марафонах. Датчанка Эмма Йоргенсен, новозеландка Кэйтлин Риан, ирландка Дженнифер Эган, венгерка Тамара Такаж тоже очень сильны. Поэтому и не настраивалась полностью ехать дистанцию.

Сюрпризом для меня стал и разворот не через 1000 м, как раньше, а через 500. А это и темп другой, и определиться с попутчицами уже на первой прямой намного сложнее. Я тактически не совсем правильно поступила – не нужно было давать Эмме Йоргенсен лидировать  после поворотов. Это позволяло соперницам подтянуться. Лучше бы я катилась впереди своим темпом в удовольствие.

— И вы даже на секунду не допускали мысли о медали?

— Какое там! Но, заходя на второй круг, мне было приятно услышать, что лидирующую позицию занимает чемпионка мира Марина Литвинчук. А бросила затем взгляд на судью, показавшего, что до финиша остаётся ещё пять кругов, и оптимизма поубавилось.

— Тяжелее всего дался последний из них?

— Да, из-за непонимания, что происходит сзади. Обычно едешь и видишь на экране себя и соперниц, а здесь большого табло не было. Поэтому приходилось постоянно оглядываться, чтобы узнать, двое нас осталось или всё-таки трое, а может, четверо. Когда вышли из поворота и британка начала ускорение, у меня настолько мышцы налились, что молочная кислота их стала крепотурить.

Добрая душа

— А задержка старта на выступлении никак не отразилась?

— Нет. Перед «пятёркой» я обычно не разминаюсь. Выхожу на старт перед самым закрытием протокола или минут на десять раньше, успевая поплакаться Геннадию Николаевичу, как мне тяжело. Всё-таки это не 200 и не 500 м, и нужно ух как ехать. Но с первым гребком все страхи забываются.

— Признаться, в Монтеморе не заметила у вас паники, которой прежде частенько грешили перед «пятёркой»…

— После большого перерыва, видимо, подзабыла традиционные эмоции. Да и обстановка в эллинге, который мы делили с нашими друзьями — россиянами, была, скажем так, игривая: все шутили, подтрунивали друг над другом. И времени на то, чтобы перевести дыхание после финала в четвёрке, как всегда, было мало. Пока массажист Александр Николаевич Горшков немножко  размял меня, пока нашёл полотенце, чтобы намочить его и остудить мышцы в такую жару, оно и пролетело.

— Допускали, что британка Лиззи Бругтон так мощно прибавит на финиш?

— Начнём с того, что раньше у них Лани Белчер классно 5000 м ходила, на чемпионате мира 2015 года только мне проиграла. А у мужчин на ней уверенно себя чувствовал олимпийский чемпион на «тысяче» Тим Брабантс, который теперь возглавляет сборную. Так что от Лиззи стоило ждать серьёзной конкуренции. Тем более она и на километре «серебро» завоевала. Но, повторюсь, я тактически ошиблась. Нужно было завести её где-то на буёк, прокатить по большему радиусу. А я, как добрая душа, провезла её за собой, дав сэкономить силы. Меня же самой потом на спурт не хватило – не та я ещё Марина Литвинчук, которая была раньше и которая будет в следующем сезоне.

— Как Артур отреагировал на ваше решение стартовать в этой гонке?

— Он узнал о нём только за пару часов до старта – во время телетрансляции финала в четвёрке. Корреспондент  канала «Беларусь 5» сообщил, что пойду ещё 5 км. Для мужа это стало шоком. Он, естественно, сразу позвонил: «Ты действительно через пять месяцев после кесарева сечения собралась идти «пятёрку»? Зачем это надо?». Но затем сам перевёл разговор на четвёрку, поинтересовался самочувствием, пожелал удачи.

Как в стену упирались

— В отличие от большинства подруг по команде, вам не доводилось прежде выступать в Монтемор-у-Велью. Тамошней розы ветров не опасались?

— И тренер, и девчонки, конечно, рассказывали о том, что на равные условия на этом португальском канале рассчитывать не придётся. И мы готовились ко всему: катера и водные мотоциклы во время тренировок на реке Сож в Гомеле постоянно создавали нам массу трудностей. Мы даже интересовались у Геннадия Николаевича, не доплачивает ли он, чтобы они рядом с нами гоняли. Вместе с тем не только я считаю, что на таких акваториях планетарные регаты проводиться не должны. Ведь люди целый год пахали, а их труд перечеркнула неудобная дорожка. На себе это испытали в предварительном круге в четвёрке, стартуя по девятой воде. Мы как в стену там упирались, добавляли на финиш, а лодка продолжала стоять на месте. Плотный океанический ветер, увы, так запросто не пробьёшь.

— Коль зашла речь о четвёрке, на что в этом круге настраивались?

— На борьбу и на хорошую работу. Но при этом понимали: идущие  по шестой дорожке и дальше шансов сразу попасть в финал не имели. И мы добирались через полуфинал. Может, это и к лучшему. А может, нет. Первая вода в решающем раунде никаких плюсов не принесла: ветер был сильным встречным, а справа задул после нашего заезда. На концовку нас чуть-чуть не хватило, в последний момент не удержались в тройке. Но это чемпионат мира. Здесь и волнение может сказаться, и везение, каким бы ты сильным ни был, не помешает. Мы хорошо шли по дистанции, вплоть до красных буёв, то есть финальных 100 метров. Я получала удовольствие от работы: потому что и разжались, и прогребали, и всё делали правильно. А когда польки стали финишировать, в нашем механизме что-то нарушилось и против такого ветра лодка остановилась. Конечно, обидно. Но ничего, будем злее перед домашними Европейскими играми. Значит, где-то недоработали.

Ничего страшного

— В спринтерской двойке тоже не всё получилось?

— В ней, признаюсь, надеялись с Маргаритой Махневой пробиться в тройку. Но мы  обе не имели зимней подготовки, а это – финишные ускорения. Если раньше мы ходили в комфорте, перекручивая всех по гребкам, мол, где вы там сзади, то сейчас пришлось смириться с седьмым местом. Ничего страшного. В следующем сезоне наверстаем упущенное. Кстати, и в этот день правый ветер задул сразу после нашего заезда.

— Не исключалось вроде, что вашей напарницей по двойке станет Худенко?

— Да, если бы перерыв между одиночкой на 500 м и двойкой на 200 был немножко побольше, мы бы стартовали с ней. А при таком раскладе я понимала, что Оле нужно настраиваться на олимпийскую одиночку, где конкуренция особенно высока. И Маргарите, у которой перерыв оказался ещё больше, чем у меня, желательно вспомнить, что такое серьёзная борьба: для неё это первый международный старт после родов.  Взвесив все за и против, решили выступать с Ритой. И для столь сильного встречного ветра, грех жаловаться, время показали хорошее. В следующем же году, обещаем, этим не ограничимся и  дадим бой.

3 392 просмотров