Интересная жизнь Черкашиной

«Бронза» в личном многоборье в художественной гимнастике для всех стран, кроме России, — это всё равно что победа. В субботу её добилась Любовь Черкашина! Умница, красавица, блогер «СП-Онлайн» и просто хорошая девушка.

— Что же вы так расплакались сразу по окончании последнего упражнения?

— Просто не верила, что уже завтра мне не нужно идти в зал и тренироваться. Вы не представляете, какое это потрясающее чувство! Я стояла и понимала, что мне больше не нервничать! Поэтому свои эмоции не контролировала.

— Что-нибудь подобное случалось с вами раньше?

— Думаю, нет. Наверное, это Олимпиада и окружающая обстановка повлияли. Я приехала сюда за хорошим выступлением и не думала о медали. Понимала, что ещё одни Игры у меня вряд ли будут. Очень важно было перебороть себя, ведь после таких выступлений, как в Пекине, где я совершила много ошибок и заняла 15-е место, в принципе, с гимнастикой нужно заканчивать. Я рада, что мне удалось перебороть эту боязнь Олимпийских игр.

— В квалификации вам больше всего не удалось выступление с лентой — упражнение, которым сегодня заканчивался финал. Волновались, наверное…

— В квалификации у меня и с булавами возникли проблемы. Сегодня перед последним выходом на ковёр мандраж, конечно, присутствовал, я от него не отрекаюсь. Но просто мандраж бывает разным. Иногда он как будто парализует, а иной раз мобилизует. Вот у меня был второй случай. Накануне наделала ошибок, но это пошло во благо. Если в выступлении всё складывается хорошо, я перестаю ждать подвоха. Сегодня благодаря неудачам, постигшим меня в квалификации, стремилась не напортачить. Очень тяжело сохранять собранность на протяжении всех соревнований, но мне удалось. Правда, из-за этого перед последним выходом меня чуть ли не нашатырём пришлось приводить в норму.

— Когда выступление закончилось, и вы, и главный тренер Ирина Лепарская выглядели настороженными, несмотря на то что всё прошло гладко.

— А вы бы не тушевались? Вот Настя Новикова подняла штангу, а её попытку не засчитали. Поэтому мы с Ириной Юрьевной сидели и молились, лишь бы оценка не оказалась заниженной. Да и после этого уверенности в медали не было. Мы ведь уже научены горьким опытом, когда на чемпионате мира, радуясь третьему месту, забыли, что после меня выступает ещё одна гимнастка, которая в итоге скинула меня с пьедестала.

— Теперь можно не только не тренироваться, но и нормально поесть?

— А я и так кушаю. Это стереотип, что гимнастки очень мало едят. Я нормально питаюсь, но, разумеется, без обжорства. По мне ведь не видно, что недоедаю, правда? (Смеётся.)

— Две недели находясь в Лондоне, не утомились ожиданием начала соревнований?

— Да, мы постоянно тренировались, ничего не видели. И, честно говоря, в определённый момент меня стало раздражать, что все уже радуются или разочаровываются, а мы продолжаем работать. К счастью, в этот момент мы переехали перед началом официальных тренировок из Олимпийской деревни в гостиницу, где кругом были одни гимнастки. Тогда мне стало привычно и уютно.

— Много тренировались?

— Здесь, в принципе, немного. Первая тренировка длилась три часа, вторая — два с половиной. Остальное время ездили туда-сюда на автобусах. Только из окон мы что-то и видели. Правда, ничего особо интересного — кругом промзона, а ещё городской аэропорт. Один раз, правда, проехались на канатной дороге.

— Для вас эта «бронза» равна золотой медали?

— На сто процентов верно! Даже не только для меня, а всей для белорусской художественной гимнастики. Но я ещё даже не осознаю пока ценность этого достижения. А ещё медали не люблю носить. Сейчас требуют, поэтому чувствую себя не очень комфортно.

— Сергей Мартынов сказал, что будет хранить свою золотую медаль в шуфлядке.

— Ещё не думала, где ей место. Большинство моих наград хранится в Бресте. Папа сначала их на пластмассовый обруч вешал, который потом сломался от очередной медали. Пришлось завести металлический. Остальные дома складываю — пылятся, бедненькие.

— Не успеваете протирать?

— Даже не пыталась. (Улыбается.)

— Гимнастика теперь закончилась…

— Ещё не закончилась! В воскресенье наши «групповички» выступают, буду за них болеть. Что касается меня, в конце сентября поеду в Японию на клубный чемпионат мира. Потом — в Италию. Я подписалась выступать за гимнастический клуб местной серии «А». «Нервенезе» называется, представляет маленький городок такой около Милана. Уже шестой или седьмой год туда езжу. Меня постоянно там ждут, а сейчас буквально взорвали телефон поздравлениями. И раньше очень хорошо поддерживали, даже ежедневник мне сделали. Открываю его в день квалификации, а там написано: «Люба, мы с тобой!». На следующей странице: «Держим за тебя кулаки!». В январе ездили в Лондон, привезли оттуда олимпийские брелоки, чтобы я увидела, какая будет символика. Поэтому я не изменяю и всё время езжу только в этот клуб, отвергая даже более выгодные предложения.

— В каких соревнованиях будете участвовать?

— В Италии есть несколько частных гимнастических клубов. Вот они между собой и соревнуются. За каждый клуб выступают по шесть гимнасток. Я приезжаю на соревнования и выполняю одно из упражнений, всего четыре раза в течение сезона с октября по декабрь.

— Сколько раз ваш клуб был чемпионом Италии?

— Ни разу. Выигрывают более обеспеченные, у которых больше легионеров. Но мне мой больше нравится. Им владеет семья, настоящие фанаты художественной гимнастики.

— Кто вас поддерживал на трибунах в Лондоне?

— Мой муж с друзьями. Визу они открывали в последний момент, но успели. Даже наш тренер Ирина Юрьевна Лепарская увидела в этом хороший знак, полагая, что мой Витя фартовый. Поэтому я знала, что наши в городе, и не нервничала особо. Была очень рада тому, что, наверное, впервые на Олимпиаде белорусский флаг на трибунах так хорошо виден. Да и голосовая поддержка была слышна. У Вити один из друзей ярый болельщик минского «Динамо», возможно, это он завёл всех остальных. На одном из плакатов я заметила надпись «Давай!» с динамовской «Д» в начале слова. Очень хорошо было, а то на гимнастике обычно одних россиян видно и слышно.

— Муж футболист?

— Он уже не играет, а тренирует. Работает с командой Министерства энергетики — любителями. Очень любит футбол! Пытался свой бизнес открыть, но любовь к игре перевесила.

— В школу тренеров не собирается пойти?

— Надо подтолкнуть. (Улыбается.) Ещё подбиваю его пойти учиться на ресторатора. Он очень хорошо готовит, и мне кажется, у него могут быть успехи и на этом поприще. Хотя и у меня нет проблем на кухне. Вот к овощам супруга приучила, хотя мужчины предпочитают мясо, макароны.

— Грустно будет без Олимпиад, чемпионатов мира?

— Нет! Поймала себя на мысли, да простит меня Ирина Юрьевна, что если у меня будет ещё одна возможность выступить на Олимпиаде, — откажусь.

— А если у вас будет дочка, отпустите её в гимнастику?

— Не вопрос. Хотя лет в 17 была категорически против. Думала, детей никогда туда не отправлю, будь проклята эта художественная гимнастика! Но потом переросла тот тяжёлый период, когда хотелось жить свободно, а приходилось тренироваться. Зато сейчас понимаю, что у меня интересная жизнь.