Виталий Коваль: Третьяк веселил Набокова анекдотами

На дебютном для себя чемпионате мира голкипер гродненского «Немана» испытал полный набор ощущений: от шведского разочарования и французского недоумения до российско-чешского удовлетворения.

Если все суммировать, то, на взгляд автора, получится, что в Канаде Виталий КОВАЛЬ сыграл достойно. О чем говорит хотя бы главный вратарский показатель — количество отраженных бросков. По нему Коваль вошел в первую пятерку среди всех коллег по амплуа, пропустив вперед лишь американца Эша, россиянина Набокова, канадца Леклера и финна Бэкстрема.

— Конечно, в плане командного результата нам хотелось достигнуть большего. Все-таки состав сборной был довольно приличным, и, считаю, за восьмерку могли запросто побороться. Поэтому немного обидно, что остановились в шаге от четвертьфинала. С другой стороны, мы доказали, что способны сражаться на равных с грандами: Швецией, Россией, Чехией. Да, проиграли в этих матчах, но на мировой арене мы далеко не сказали последнего слова.

— Чего не хватило, чтобы пробиться в восьмерку?

— Мне сложно ответить. Наверное, это больше вопрос к тренерскому штабу, ему виднее. Замечу лишь, что со стороны игроков, возможно, где-то недоставало терпения, игрового опыта. В нашей команде было много молодых хоккеистов, а для некоторых ребят, в том числе и для меня, этот чемпионат мира стал первым в карьере.

— Какие слова Фрэйзер подобрал после заключительного матча?

— Никаких пламенных речей не было. Главный тренер поблагодарил команду за хорошо проделанную работу, сказал, что все сыграли здорово и всех было приятно видеть. В общем, расстались с позитивным настроением.

— Вы стали безоговорочно первым номером, после того как получил травму Карпиков…

— Естественно, все в команде огорчились, когда Дима выбыл из строя. Но знаете, я старался не забивать себе голову мыслями, первым буду или вторым, много стану играть или мало. Просто тренировался, готовился к матчам. Хоккей — это игра, в которой не следует думать сутками. Нужно лишь качественно выполнять свою работу. Выходи на лед и доказывай, что ты сильнейший. А доверят тебе место в составе или нет — зависит от тренеров.

— Почему у вас не пошла игра как в первом товарищеском матче, так и в дебютном поединке чемпионата мира?

— Наверное, все-таки сказалось волнение, психологически не смог подготовить себя в должной мере. Но получил хороший урок.

— Какой поединок в Канаде был самым сложным?

— Даже затрудняюсь ответить. Но легко не было ни в одной игре.

— Показалось, что вам больше удавались матчи, в которых соперники много бросали…

— Так оно и есть. Я из числа голкиперов, которым нравится всегда быть в тонусе, чаще вступать в игру.

— Хорошо спите, если знаете, что совершили в матче ошибки?

— Мне уже не 18 лет, чтобы переживать по всякому поводу. С годами относишься к таким вещам полегче. Поэтому сплю нормально, не переживайте. (Смеется.) Бывает, правда, что после финальной сирены прокручиваю в голове отдельные эпизоды, но, повторюсь, не зацикливаюсь на ошибках. Иначе в следующем матче очень тяжело показать все, на что ты способен. Нужно двигаться вперед, а не находиться в плену прошлого.

— То есть о пропущенной курьезной шайбе от французов уже не вспоминаете?

— Неважно, как соперник отличился. Гол есть гол. Честно скажу, за свою карьеру пропускал и не такие шайбы…

— Хэнлон вам как-то помогал при подготовке к матчам?

— Нет, никаких подсказок или комментариев по поводу моей игры со стороны канадского специалиста не было.

— Как же готовились к матчам?

— Главное — настрой. А настраивать любого игрока на матчи уровня чемпионата мира излишне. Все прекрасно понимают, для чего приехали на этот турнир.

— Но даже немало повидавшему на своем хоккейном веку Набокову Третьяк помогал во время чемпионата!

— Третьяк Набокову? Откровенно говоря, сильно сомневаюсь в этом. Разве что рассказал пару-тройку анекдотов… У нас в команде была благоприятная атмосфера. Ребята поддерживали друг друга, независимо от того, насколько удавалась каждому игра. В любом хорошем коллективе так и должно быть.

— Как чувствовали себя физически?

— Признаться, к концу турнира изрядно устал. Спасибо нашему медицинскому персоналу, который помогал восстанавливаться между матчами.

— В «Немане» вы привыкли играть много…

— И это, наверное, тоже помогло на чемпионате мира. Привык к большим нагрузкам, выступая за клуб, поэтому справился. Хотя думал, что в плане «физики» в Канаде будет намного тяжелее. Но все оказалось не так страшно.

— Наш эксперт Александр Шумидуб, анализируя ваши действия по ходу чемпионата мира, отмечал слабую игру клюшкой...

— Трудно спорить с тем, что у меня нет слабых мест. И по сравнению, скажем с голкиперами, которые прошли североамериканскую школу, я далеко не лучшим образом владею клюшкой. Ведь в свое время не был этому обучен, а точнее, тренеры акцентировали больше внимания на других элементах. Но это не повод посыпать голову пеплом. Наоборот, есть к чему стремиться.

— Как вам игралось на НХЛовских площадках?

— На подобных «коробках» играл в нескольких матчах, когда в чемпионате Беларуси еще выступали латвийские клубы. Они как раз-таки принимали соперников на площадках, размеры которых были приближены к канадским. Да, с тех пор утекло немало воды, но за время сбора, который мы провели накануне чемпионата мира, успел привыкнуть к маленьким «коробкам». И в Квебеке не испытывал никакого дискомфорта. Напротив, мне понравилось: на таких площадках игра быстрее, динамичнее. Непривычные отскоки? Все дело в бортах, а не в самих площадках.

— В матче с Россией испытывали какие-то особые чувства?

— Намекаете на то, что Виталий Коваль родился в Перми? 9 мая я играл не против российского герба и флага, а против хоккеистов. Поэтому никаких лишних эмоций не было.

— Ни разу еще не пожалели, что получили белорусский паспорт?

— Пока нет.

— После встречи с Россией вас окрестили новым Мезиным…

— Скажу так: Мезин это Мезин, а Коваль это Коваль. Чтобы достичь уровня игры Андрея, мне еще работать и работать. Для белорусского хоккея Мезин — знаковая фигура. Постараюсь приблизиться к планке, которую установил мой коллега по амплуа.

— Например, на Олимпиаде в Ванкувере?

— До нее почти два года. Для хоккеиста это большой срок.

— В Канаде следили за игрой других голкиперов?

— Большинство вратарей, которые выступали в Квебеке и Галифаксе, мне знакомы. По матчам НХЛ в частности. Можно сказать, досконально изучил манеру их игры. Замечу, что это вратари топ-уровня, за которыми приятно наблюдать.

— Матчи сборной Беларуси на чемпионате мира пользовались немалым зрительским вниманием. Большое количество болельщиков не мешало сконцентрироваться на игре?

— Нет, в этом плане не было никаких проблем. По ходу матчей мне удается «отключаться» от всего, что происходит вне льда. Так что неважно, 2000 или 20000 человек сидит на трибунах.

— Наверняка сейчас вам поступают предложения о смене клубной прописки…

— Да, есть различные варианты трудоустройства. Как в Беларуси, так и в России. Но больше рассуждать на эту тему пока не буду.