Сердце принадлежит обеим

С легкой руки белоруса Владимира Королькевича пошел в гору словенский биатлон, а с помощью еще одного нашего соотечественника Дмитрия МАНЦЕВИЧА поднялось тамошнее плавание. Именно его ученики принесли на спортивный алтарь этой страны первые крупные успехи.

Недавно самый титулованный его воспитанник Петер Манкоч в восьмой раз стал чемпионом Европы. Дмитрий МАНЦЕВИЧ не порывает связей со своей родиной, но встретились мы с ним не в Беларуси, а в Эйндховене, на последнем первенстве континента. Первый же вопрос, естественно, звучал так: как получилось, что именно Словения стала местом его нынешнего жительства?

— В 1991 году был подписан контракт между Госкомспорта Белоруссии и НОК Югославии. Он предполагал мою работу в этой стране в течение четырех лет. Но вскоре произошли распад Югославии и отделение Словении, а затем после путча развалился Советский Союз. Я работал на условиях договора между двумя уже несуществующими странами. Было очень непросто, даже пересечение границ оказалось делом проблематичным. В общем, человек ниоткуда и едет в никуда.

— Но вы все-таки решили остаться?

— Было очень тяжело, особенно после 1992 года. До этих событий Словения, желая получить мировое признание, вкладывала в спорт большие средства. Что позволяло нам, спортсменам, не чувствовать отголосков событий, которые произошли.

Очень помогло то, что в контракте на девяти страницах предусматривались, как говорится, все случаи жизни. Да и чего кривить душой, работать в Словении было выгодно. Я сразу получил спортсменов, которых готовил к Олимпийским играм. Когда сталкиваешься с повсеместным энтузиазмом, заражаешься сам, получая дополнительную энергию. Подобный подъем продолжался до 1992 года, до Олимпиады. Кстати, там наши плыли в полуфиналах, что для дебюта считалось вполне успешным. Подъем по инерции длился еще немного, а с 93-го по 96-й наступили тяжелые времена.

Экономическая блокада со стороны бывших республик Югославии, арабского мира заставила развернуться с востока на запад. Смена отрицательно сказалось на нашем деле, пришлось все выстраивать по-новому.

— Не появилось ли желание вернуться назад?

— Во-первых, мы знали, что и там наступило нелегкое время. Мы не теряли контактов с Беларусью. Когда попросили помочь экипировать олимпийскую команду Беларуси в Лиллехаммер, то мы пошли навстречу. Для начала подсобили продать шесть МАЗов и на вырученные средства одели сборные. Да, намеревались возвращаться, но в это время умер отец жены Оли Рабинович, как вы знаете, чемпионки мира по художественной гимнастике. После стольких негативных событий решили больше не добавлять волнений.

К олимпийскому 1996 году ситуация начала улучшаться, а после принятия Закона о спорте вошла в нормальное русло. К этому времени изменилась и экономическая жизнь в стране. Наш контракт закончился в 95-м, а затем случился эпизод с переездом в Израиль, где я два года трудился старшим тренером сборной этой страны. Позже мы устроились на работу в министерство, а в 99-м я переехал в Любляну.

— Насколько известно, вы стали одним из самых успешных специалистов в стране…

— Первые награды мои ученики завоевали на чемпионате континента в Турции. А вообще подопечные установили до 500 национальных рекордов среди взрослых — абсолютное достижение для Словении. До моего приезда за сборную выступало несколько известных спортсменов на длинные дистанции. Мы же начали развивать другие способы плавания, а также спринт. Сегодня плавание популярно и успешно в Словении.

Ныне бьюсь над внедрением системы плавательных центров — одно время у меня тренировались спортсмены четырех клубов. Однако проект не получился. Для Словении центры не характерны — все стараются работать отдельно. Отсюда частые срывы, поскольку клубы хороши только для определенного уровня. Когда приходится подключать молодых, им не у кого учиться. Была бы система центров, начинающие спортсмены могли бы перенимать опыт у более успешных старших. Тогда бы и работа тренера облегчилась. Но интересы районов и клубов преобладают. Мало того, если кто-то из клуба попадает в руководство федерации, то тогда только этот клуб становится едва ли не основным.

— Напомните фамилии своих наиболее удачливых учеников…

— Первым медалистом в истории плавания Словении стала Мет Каспаровиц, которая добыла «бронзу» на чемпионате Европы в Стамбуле. Потом я переехал в Любляну, и со мной отправилось несколько спортсменов. Один из них, Петер Манкоч, выиграл подряд восемь чемпионатов Европы. Кроме этого, был Блаж Медвежак, медалист чемпионатов Европы и мира, финалист Олимпийских игр. Еще один воспитанник Матяж Маркич выиграл континентальную медаль в Мадриде.

Ныне я выступаю в различных странах с докладами, преподаю в институте, во время стартов юношеского первенства Европы делал основной отчет. Кстати, в свое время у меня защищала дипломную работу и училась в аспирантуре теперешний тренер белорусской команды Елена Климова.

— В нынешней сборной Беларуси погоду делает женское плавание. Как, по-вашему, почему? Традиции мужских видов оказались менее сильны?

— Тяжело давать советы на расстоянии, хотя и наезжаю в Беларусь, здесь живут мои родственники. Я в постоянном контакте с местными тренерами, помогаю организовывать сборы в Словении, стараюсь оказывать посильную помощь. Мое сердце принадлежит обеим странам.

Таким тренерам, как Лене (Климовой. — Авт.), надо больше доверять и помогать, не ставить постоянные нормативные барьеры, не ограничивать в действиях. Подобные ей специалисты, энтузиасты, фанатики горят на работе, их надо, наоборот, успокаивать, не нагружать постоянными обязательствами.

У той же Натальи Шоломицкой были хорошие спортсмены, и сборная под ее началом делала успехи. Воспитанница нынешнего главного тренера Михаила Чугуева принесла не одну медаль. Надежда Кузьмина знает, как пестовать таланты. Все они умеют растить медалистов самых крупных турниров. Их просто необходимо объединить, создать нормальный коллектив со здоровым микроклиматом, ведь это многое значит.

Нельзя ограничивать самих себя, надо мечтать. Основной фундамент закладывается дома. В Словении нет 50-метрового бассейна, поэтому результаты чуть лучше на короткой воде. Приходится чаще других ездить на сборы, и я знаю, как это тяжело. Хотя, по большому счету, на сборы надо отправляться один-два раза в году.

Что же касается частых выездов группы Климовой, то это оттого, что им нужны не столько «физические условия», сколько иной психологический климат. А тренируясь за пределами страны, они свободны от дрязг, выяснения отношений.