Кто-то на снегу, другие под дождями

Олимпийское межсезонье в биатлоне по-настоящему набирает ход. Спортсмены приступают к комплексным тренировкам, под которыми понимают сочетание хода, приближённого к соревновательным режимам, со стрельбой. Однако географические прописки у наших команд и отдельных атлетов разные.

Берегите здоровье!

Дарья Домрачева проводит второй кряду сбор в австрийском Хохфильцене, где, видимо, контролируется Альфредом Эдером, не приехавшим в Раубичи – место сбора для Надежды Скардино, Надежды Писаревой, Ирины Кривко и Анны Сола, который начался 4 июля. Квартет биатлонисток тренируется под началом Фёдора Свободы.

А вот мужчин в Раубичах нет. Ещё 30 июня, решив все проблемы с российской стороной по провозу оружия в Ленинградскую область, семь белорусских спортсменов — Роман Елётнов, Владимир Чепелин, Максим Воробей, Сергей Бочарников, Антон Смольский, Виталий Козловский и Виктор Кривко — отправились работать в страну-соседку, чтобы укреплять приобретённые лыжные навыки в тоннеле Токсово. Тренировки идут полным ходом, о чём свидетельствуют фотографии, что парни выкладывают в социальных сетях. Этот любопытный сбор, предложенный своим подопечным дуэтом наставников Василием Большаковым и Николаем Лопуховым, продлится до 10 июля. Будет здорово, если эти летние тренировки на снегу помогут ребятам повысить свою скоростную конкурентоспособность. Ещё один важный момент – здоровье. Важно не заболеть, а риски при резком перепаде температур в тоннеле традиционно велики. Да, и распространение инфекций в таких сооружениях отличается повышенной интенсивностью: стоит чихнуть одному — начинают сморкаться все. Но не будем о грустном.

Надежда Скардино: возможно, последний сезон

Тем более что метеорологическая подоплёка нынешнего лета и без того изрядно напрягает. Возьмите погодные приключения женской команды. В июне в Хохфильцене наших дам припёк зной, а нынче в Раубичах они немилосердно поливаются дождями. Впрочем, как говорит бронзовый призёр Белых игр-2014 Надежда СКАРДИНО, работа есть работа.

— Один сбор сменяется другим…

— Конечно. После Хохфильцена я съездила домой в Санкт-Петербург, что очень хорошо для психологического комфорта. Тренировок не прекращала и уже 2 июля вечером была в Минске.

— С хорошим настроением?

— Да, почему нет?! Пока всё складывается неплохо, о чём сказали и тесты на тредбане в Рамзау, куда мы заехали на финише австрийского сбора. Информации для сравнительного анализа накоплено много, а показанные результаты позволяют оптимистично смотреть в завтрашний день.

–Вернёмся к июньским тренировкам, развивавшим аэробный порог. Это ведь ой как непросто: надо работать очень монотонно и много, пусть и не в режимах высокой интенсивности.

— К этому специально готовишься, а значит, достаточно спокойно привыкаешь. Тем более что приобретён богатый опыт за годы карьеры, и он позволяет всё воспринимать значительно легче, чем в юности. Сегодня прекрасно осознаю, для чего и зачем даются такие нагрузки. Это очень важно для внутреннего комфорта. Да и места сборов постоянно меняются, что также позволяет бороться с монотонностью. Новые «картинки», безусловно, лучший вариант, чем работа на одной и той же трассе.

— Для этого в Хохфильцене тренеры, стремясь к разнообразию, чередовали вам роллеры с велосипедом и кроссом.

— Именно так, и это большой плюс. Кроме того, у каждой тренировки может быть своя интрига, свой стимул. Например, велосипедный заезд на 20 километров по серпантину в гору – настоящее испытание на несколько часов. Но зная, какой прекрасный оттуда откроется вид, приободрялись. Хотелось оказаться на месте и насладиться красотой. Лично мне ещё хорошо помогает музыка.

— Вот какие мысли в голове у человека, карабкающегося на велосипеде в гору!

— Они, мысли, могут быть разными. За четыре с половиной часа тренировки можно задуматься о разных моментах. Есть профессиональная специфика. Если у нас роллеры, то, разумеется, контролируешь технику движений, соображаешь, как подойти к огневому рубежу. На велосипедах следишь за пульсом, скоростью. В общем, хорошие и правильные мысли способствуют эффективности тренировочного процесса!

— А погода? Вот в Австрии вас накрыла жара и духота. Тренировки приходилось начинать в полвосьмого утра. В Беларуси и дождливо, и прохладно…

— Метеорологический фактор, конечно, важен. Лично я голосую за разнообразие. Пасмурность с вечным дождём не есть хорошо. Как и постоянный зной за тридцать градусов. Последний вариант вовсе изматывающий. Тяжело тренироваться, приходится больше тратиться и физически, и энергетически.

— Наиболее комфортный летний вариант?

— 20 — 25 градусов. Либо солнце, либо облачность. Но без осадков. Однако заказывать погоду не в наши силах.

— Но всё же начинать тренировку в полвосьмого утра…

— Ничего страшного. У тех же иностранных коллег тренировочный режим изначально отличается от того, что привычен для нас. У них в любую погоду раннее утреннее занятие, зато нет пресловутой зарядки. Да и мы нормально адаптировались к такому графику. Работа есть работа. Надо просто пораньше ложиться спать.

— Как только повышается интенсивность тренировок, так сразу понижается эффективность стрельбы. Как лучше пережить эти стрессы?

— Хорошо попадать и не волноваться! Но, безусловно, определённые стрессы испытываем. Начинаем в мае стрелять в тире. Потом переходим на стрельбище, отрабатывая в спокойных режимах. Теперь уже комплексный тренаж. Важнейший этап межсезонья. По моим ощущениям, эта работа очень схожа с соревновательным периодом. В идеале необходимо добиться такого же высокого процента попаданий, как в спокойных режимах. Получится – замечательно! Значит, всё делалось правильно.

— Вопрос повышения скорострельности для вас актуален?

— Прежде всего расскажу, что с моей винтовкой опять происходили новые истории. (Смеётся.) По факту завершения сезона мы с тренерами пришли к выводу: она не совершенна, если вообще можно вести речь о совершенстве в преломлении на такой нестандартный вариант изогнутого ложе. Только мои личные ощущения могут подсказать, что правильно, а что нет. Поэтому, решила менять ложе. Прежнее было сделано за два-три дня, без каких-либо персонифицированных измерений.

— Примерок, как сказали бы портные?

— Именно. Только речь не о костюме, а, например, о расположении затвора, освобождении от гильзы, досыле нового патрона. Поэтому постоянно что-то сдвигали вперёд-назад, назад-вперёд.

— А новое ложе?

— Его сделал в Беларуси наш молодой оружейник Максим Елисеев.

— С учётом именно ваших специфических требований по комфорту?

— Да. На сборе в Хохфильцене винтовка прошла апробацию. Осталась ею довольна. Стало комфортнее. Винтовка легче, с ней проще работать при ветре. Конечно, забегать вперёд нельзя: всё в нашем сотрудничестве только начинается. Но важный момент заключается в том, что Максим может оперативно помогать, что-то переделывать.

— Таким образом…

— На скорость моей стрельбы влияют разные факторы, и каждый раз я стремлюсь их нивелировать, понимая, что в уменьшении времени пребывания на огневых рубежах заключается мой явный резерв. Но всё опять новое. Поэтому пока могу обещать как следует постараться. Хотя понимаю, что мои ежегодные речи по этому поводу уже могут вызвать улыбку. Но есть объективные проблемы. Что делать, если нет стабильности?! Главное, я готова к данной ситуации психологически, понимая, что изменения нужны. А если хочешь что-то менять – меняй! Даже идя на определённые риски.

— Тут важно взаимопонимание в команде.

— С радостью могу констатировать: сейчас всё у нас устаканилось. Не буду говорить за других девочек, но меня всё устраивает. С наставниками найден общий профессиональный язык, я понимаю, зачем предлагаются те или иные упражнения, нагрузки. Организационные моменты также решены достойно. По местам проведения сборов нет вопросов. От меня требуется только работать, не отвлекаясь на посторонние моменты.

— Это замечательно!

— Согласна. Всё в помощь в борьбе за позитивный результат.

— Для вас это уже третье олимпийское межсезонье?

— Так и есть. Перед Турином-2006 ещё была юниоркой.

— Мыслями уже случается оказаться в Пьенчане?

— Разумеется, нет-нет, да и задумываешься на тему, к чему готовишься. Особенно в самые тяжёлые тренировочные моменты. Сжимаешь зубы и продолжаешь, так как Олимпиада – это всегда Олимпиада. Кроме того, возможно, предстоящий сезон будет для меня последним, что только подстёгивает работать на максимуме. Если-таки приму решение завершить карьеру, то хочу иметь основания сказать: «Я – молодец! Сделала, что могла и хотела».

— Хорошо, что вы рассуждаете о финале карьеры в сослагательном наклонении…

— Конечно, ничего не буду категорически утверждать…

— Правильно, не надо сжигать мосты.

— Но такая вероятность есть. По завершении сезона определюсь окончательно. Но мой возраст таков, что надо начинать смотреть немного в другую сторону. Однако сегодня мои мечты связаны с олимпийским сезоном. Буду стремиться к положительным впечатлениям. Хочу отработать на сто процентов! Чтобы с улыбкой уйти на другое поприще. (Смеётся.)

— Вы в конце февраля — начале марта вторично были в Южной Корее. Какую информацию узнали, что про себя поняли?

— Теперь известно, когда меня может накрыть пик акклиматизации. Был переломный день, который, к сожалению, пришёлся на эстафету предолимпийской недели. До этого чувствовала себя довольно хорошо, понимая, что смогу навязать конкуренцию фаворитам. А тут раз — и проблемное состояние. Поэтому, действительно, получили очень полезную информацию. Теперь по плану должны заранее расселиться в Олимпийской деревне, чтобы нивелировать нюансы акклиматизации и адаптации к часовому поясу «плюс восемь часов от Европы». Кроме того, предолимпийская неделя дала ответы на вопросы, связанные с работой лыж, характеристиками трасс в Пьенчане. Сейчас есть точное представление, что преобладает в «Альпензии», какие имеются коварные спуски и тяжёлые подъёмы.

— Питание?

— В марте хозяева расселяли команды в обычном отеле, соответственно и кухня в ресторане предлагалась корейская. Адаптироваться было непросто. Но на Играх будем жить в Олимпийской деревне, где всегда стараются достичь разнообразия, удовлетворить любые вкусы и запросы.

— Стратегически сезон уже выстроен? Будете пропускать какой-либо этап Кубка мира, как четыре года назад?

— Такие планы есть, они обсуждены с тренерским штабом. Конкретика появится ближе к старту сезона. Скорее всего, речь может идти о третьем декабрьском этапе во Франции или первом январском в Оберхофе. Возможно, к слову, пропущу не весь этап, а только отдельные гонки.

Алма-Ата без лицензии

ВАДА отозвало лицензии у антидопинговых лабораторий в Алма-Ате (Казахстан) и Блумфонтейне (ЮАР). Причиной названо их несоответствие международным стандартам.

Теперь обе организации не могут брать допинг-пробы спортсменов и проводить тестирование. Впрочем, лаборатории могут подать апелляции на решение ВАДА в Международный спортивный арбитражный суд в течение 21 дня.

Напомним, что на чемпионате мира-2017 в австрийском Хохфильцене в отеле, где проживала сборная Казахстана, были проведены ночные обыски. В итоге никаких нарушений зафиксировано не было, но, как показывают события, Казахстан всё равно остаётся «интересен» ВАДА.

986 просмотров
Ваш комментарий
  1. 1

    Аня Сола

    Анна ТОЛКАЧ??? Ауууу…

    Ответить
    1. 1

      ''СП''

      Извините, поправили.

      Ответить

Ваш e-mail не будет опубликован.