Андрей КОНДРАШОВ: Телерепортажи смотрю без звука

В спортивном мире мой собеседник — личность известная. По крайней мере, его голос сразу узнает любой болельщик лыжных гонок, биатлона и велоспорта.  Ведь Андрей КОНДРАШОВ в разные годы комментировал их на телеканалах НТВ, «НТВ-Плюс», «Спорт», «Матч ТВ» и теперь — на «Евроспорте». И именно он помогал белорусским поклонникам велоспорта следить за событиями на недавних международных шоссейных однодневках «Кубок Минска» и «Гран-При Минска», во время которых мы и пообщались с мэтром российской журналистики. Как выяснилось, Андрей Владимирович всегда с удовольствием приезжает в белорусскую столицу:

— Да, я с гордостью могу сказать, что являюсь постоянным сотрудником команды организаторов этих белорусских гонок, их комментатором, в какой-то степени, наверное, помогаю писать их историю. Поскольку на «Тур де Франс» со стороны «Евроспорта» не занят, считаю за честь здесь поработать.

— А вам интересно комментировать подобные соревнования, в которых звёзды первой величины не участвуют?

— И интересно, и необходимо. Этих самых звёзд в странах  СНГ не так много. И в силу специфики велоспорта они действительно крайне редко здесь появляются. Тот же Василий Кириенко даже на чемпионат страны не всегда может приехать. Но я хорошо помню то время, когда он был постоянным участником подобных континентальных гонок, по сути, второй лиги велосипедного спорта, как он выигрывал «Пять колец Москвы» и другие. И благодаря именно им он заключил потом первый профессиональный контракт. Так что это стартовая площадка для профессионалов, для будущих звёзд, в каких превратились и Кириенко, и россиянин Ильнур Закарин, и многие другие.

— Вы каким-то образом готовились к соревнованиям?

— Конечно, как и к любым другим. В зависимости не столько от статуса турнира, сколько от объёма работы подготовка может разниться: одно дело комментировать полуторачасовую гонку, как чаще всего бывает в эфирах «Евроспорта», и  совсем другое – 4-5-часовую. Конечно, у комментатора стадиона или энаунсера есть своя специфика, к которой тоже нужно готовиться. Это банально, но действительно так.

 

Крису не сладко придётся

— Несмотря на то что не заняты на «Тур де Франс», следите за гонкой?

— Мне кажется, любой человек, мало-мальски имеющий отношение к велосипедному спорту, в июле живёт ей, несмотря на то что наших гонщиков (имею в виду представителей всего постсоветского пространства) в пелетоне не много.

— 104-я «Большая петля» запомнится в том числе и скандалом, связанным с дисквалификацией чемпиона мира Петера Сагана. На ваш взгляд, его справедливо наказали или судьи всё же погорячились?

— В большом велосипедном мире этот вопрос, наверное, сейчас самый обсуждаемый. Когда смотрел четвёртый этап в прямом эфире, у меня, как и у большинства зрителей, сложилось впечатление, что словак свалил Кэвендиша, причём сделал это не в свойственной ему манере. В отличие от британца, у Сагана всё же репутация приличного гонщика. И поэтому, увидев тот инцидент на финише, я не верил своим глазам. И решил, что дисквалификация справедлива. Но когда весь Интернет заполнился обстоятельным анализом, причём с разных ракурсов, с покадровым разбором, убедился, что наказывать нужно было не Сагана, а Кэва. Он спровоцировал своё падение. Он рисковал, более того – нарушал правила. Кроме того, касания локтём британца, за которое удалили с гонки словака, не было, как показал повторный просмотр. В данном случае, считаю, судьям нужно набраться смелости и признать свою ошибку. Их решение абсолютно несправедливо. Мне жаль, что и CAS  не попытался как следует разобраться. Уверен, что подавляющее большинство специалистов не согласны с этим.

— Ваш фаворит на нынешнем «Туре»?

— Нынче «Тур», на мой взгляд, должен быть конкурентным или открытым – то есть с большим количеством фаворитов. Хотя формально главным из них считается Крис Фрум, уж больно рано надевший жёлтую майку. Хотя, мне кажется, для него самого это получилось отчасти неожиданно и случайно. Но, как показали первые этапы, в том числе горные, британцу будет непросто выиграть. В числе главных конкурентов я бы человек пять точно назвал. Прежде всего, это итальянец Фабио Ару, также успевший примерить майку. И у французов с Романом Барде появился шанс побороться за большую классификацию, да и за другие номинации, что им давненько не удавалось. А они, как организаторы гонки, заслужили быть на подиуме. Вообще, «Тур де Франс» по своему телевизионному вниманию, спонсорским вливаниям, одним словом, по престижу и масштабу входит даже не в пятёрку, а в тройку лидеров – наряду с Олимпийскими играми и Кубком мира по футболу. Как это ни странно звучит для болельщиков спорта в России, Беларуси, где велосипедный спорт не очень котируется, но это так.

 

Удивлялся, как Индурайн меня терпит

— Вы проехали несколько «Туров». Поделитесь спецификой работы журналистов?

— Признаться, могу бесконечно рассказывать об этой гонке и своём опыте участия в ней. На самом деле мне посчастливилось попасть на «Большую петлю» в качестве репортёра телеканала НТВ (тогдашнего – 90-х годов НТВ, не нынешнего, к которому не имею никакого отношения). Это получилось случайно. Потому что прямого отношения к велоспорту не имел. Моими родными дисциплинами являлись зимние – лыжные гонки, биатлон. Но, как говорят, редакция направила, и нужно было выполнять задание. И я в прямом смысле заболел «Туром». Потому что увиденное там и прочувствованное меня в буквальном смысле шокировало, сразило. Это был 1995 год, затем – 96-й, 97-й. На первом из них мне удалось и с Мигелем Индурайном, выигравшим пятый титул подряд, немного пообщаться. Это было очень забавно. Он по-английски вообще ничего не понимал. Но терпеливо выслушивал всех репортёров, которые к нему подходили, в том числе и меня, улыбался. То есть выполнял свою работу. Для меня тогда было непонятно, как такой супермен, такая яркая звезда столько внимания уделяет какому-то российскому журналисту, вернее, просто терпит меня, причём весьма деликатно.

Имея большой репортёрский опыт, отработав почти на всех зимних и летних Олимпийских играх, начиная с 1994 года, на многих чемпионатах мира по разным видам спорта, могу с уверенностью сказать: «Тур» произвёл самое мощное впечатление, буквально гипнотическое воздействие. На моих глазах разворачивалось фантастическое действо, которое каждый день, как картинки в калейдоскопе, менялось. И свидетелями их в каждом городе становились миллионы, а то и десятки миллионов зрителей. В телевизионный кадр не попадает очень интересная фишка, также собирающая огромные зрительские аудитории, – рекламный караван. Это вообще отдельное явление. И, конечно, путешествие по всей Франции и вокруг неё в течение месяца не только интересно, но и утомительно. Помню, когда во время первой командировки мы добрались до Парижа, то у нас с оператором не хватило даже сил пойти на Эйфелеву башню – настолько вымотались. И в оставшиеся сутки мы решили просто выспаться. Вместе с тем, пока ехали, эту усталость почти не замечали.

Чем ещё покорила эта гонка, так это не очень жёстким контролем безопасности — в отличие от тех же Олимпийских игр. На ней в специально отведённое время не только журналисты, но и любой болельщик может подойти к спортсменам, пообщаться с ними, чего нет ни на каких других соревнованиях. Одним словом, когда окунулся в это необычное спортивное действо, я просто не мог поверить, что такое возможно. И очень жалел, что наши российские и белорусские, литовские поклонники спорта этого не знают, не видят и не понимают. У нас нет западной велокультуры, складывавшейся на протяжении нескольких десятков лет.

— А кто из велогонщиков, с которыми довелось пообщаться, на вас произвёл самое сильное впечатление?

— Прежде всего, упомянутый Индурайн, который в 90-е годы был Super Star. Хотя он просто улыбался мне и что-то по-испански говорил. После этого, наверное, со всеми большими гонщиками довелось пообщаться, с кем-то обстоятельнее, с кем-то шапочно. С Лэнсом Армстронгом познакомился ещё на Олимпиаде в Атланте. Кстати,  благодаря помощи Вячеслава Якимова, который также очень симпатичен. И дело не в его победах или руководящей должности. Просто это интеллектуал, большой эрудит и, я бы сказал, нетипичный спортсмен. Другой известный советский, а потом российский гонщик Дмитрий Конышев, ныне спортивный директор «Катюши», напротив, типичный велосипедист. Он в хорошем смысле хитроват. Кроме того, остаётся непревзойдённым шоссейным даунхиллером, он любые спуски проходил, практически не нажимая на тормоза, чем не могу не восхищаться.

 

Крутой поворот

— Вы сами – бывший лыжник. Потом работали тренером по этому виду. Причём начинали с самим Александром Грушиным. Каким запомнился тот период?

— Да, мне посчастливилось какое-то время быть его помощником в студенческой московской команде «Буревестник» и стать свидетелем стремительного карьерного роста Александра Алексеевича. Потом он стал тренировать профсоюзную команду, после чего с лучшими учениками попал в сборную СССР, СНГ, России. С ним было очень трудно работать. Ведь это трудоголик до мозга костей. Он мог днями и неделями не спать, даже ночи посвящая составлению планов, каким-то важным записям, анализу прошедших тренировок, оргвопросам. Это сейчас в командах есть менеджеры. А тогда тренер был един во многих лицах. Я не понимал, как можно быть до такой степени фанатом. Хотя, естественно, вольно или невольно учился у него, перенимал опыт. Потому что, естественно, и сам хотел расти. Но судьба после перестройки сделала неожиданный поворот, о чём, в общем-то, не жалею. Несмотря на то что некоторое ощущение нереализованности  в полученной профессии, не скрою, осталось.

— Прежде чем сделать тот самый  крутой поворот, вы несколько лет отработали в биатлоне…

— В сборной СССР по биатлону тогда оказалось вакантным место руководителя комплексной научной группы, и мне неожиданно предложили занять его. Работая в НИИ, но будучи ещё салагой, я, честно скажу, раздумывал. А в итоге решил рискнуть. И задержался там на несколько лет. Думаю, и продолжил бы работать со стреляющими лыжниками. Мне интересно было, и пользу видел. У нас сложились хорошие отношения с тренерами сборной. И, если бы в начале 90-х всё не рухнуло, думаю, вряд ли меня бы занесло в журналистику. Это был период безденежья и потери работы, когда в  НИИ спорта сектор биатлона, который я возглавлял, практически распался. И мне вдруг позвонил Алексей Бурков, с которым частенько пересекались на сборах и соревнованиях. Тогда, в 1994-м, он возглавил только созданную спортивную редакцию НТВ. Я долго думал над его предложением заняться спортивной журналистикой. Не потому, что цену себе набивал. Просто не был уверен, что это моё. А потом решил: а почему не попробовать?

В первые годы работы, конечно, чувствовал недостаток отсутствия журналистского образования. Хотя отчасти он, наверное, компенсировался моими спортивными навыками и знаниями. Но в специфических аспектах заметно проигрывал своим молодым коллегам. Однако было интересно, благодаря чему лет на 15 и задержался в спортивной журналистике.

— Свой первый репортаж помните? Не страшно было садиться за микрофон?

— Может, не самым, а одним из первых стал этап Кубка мира по лыжным гонкам. Мне было очень стыдно за тот репортаж: потому как заикался, делал много ошибок. Но все дебютанты через это проходят. Я, конечно, боялся. Если спортсмен говорит, что он перед стартом не волнуется, значит, это плохой спортсмен. Он должен быть заряжен определённой долей мандража, это нормальная реакция организма на предстоящий стресс. И у меня он был.

— У кого учились на первых  порах?

— Мне повезло, потому что в спортивной редакции НТВ собралась очень сильная комментаторская команда. И основными моими кумирами, с которыми на протяжении нескольких лет общался почти каждый день, были Владимир Маслаченко и Евгений Майоров. В нашей поначалу тесной редакторской комнате мы сидели с ними за одним столом. Для меня это были глыбы – интересные своей самобытностью, непохожестью на других, харизматичностью. Майоров при кажущейся внешней занудности, неброской эмоциональности мог, как никто другой, объяснить любой эпизод, манёвр, тактическую схему в хоккее. Маслаченко – это супермен. Я заслушивался его байками, которых у него было бесконечное количество. И за жизнь мы частенько общались. Одним же из самых интересных лыжных комментаторов мне представлялся Кирилл Набутов.

— А кем из коллег заслушиваетесь нынче?

— Я, наверное, вас огорчу, поскольку предпочитаю смотреть спортивные соревнования без звука. Более того, убеждён, что эта специальность постепенно умирает. Технический прогресс развивается так стремительно, что даёт нам возможность быть самому себе режиссёром, выбирать картинку, слушать или не слушать комментарий, ориентируясь на интершум. Понимаю, что я не типичный телезритель. Но для меня этой информации вполне достаточно. Кроме того, веб-трансляции дают полную статистическую картину. В биатлоне вы можете выбрать любую точку трассы, любой материал касательно спортсмена, положения в гонке. И зачем в таком случае комментатор? Вторая причина, не сочтите за снобизм, — некоторые комментаторы меня раздражают. Хотя, есть, конечно, и уважаемые фигуры. Например, в футболе это Владимир Стогниенко, которого считаю одним из лучших. Сейчас просматривается интересная пара Кирилл Дементьев и Константин Выборнов. Давно не слышал, но всегда уважал баскетбольного комментатора Михаила Решетова. Он был оригинальным ведущим новостей. Многие не понимали, о чём он говорит. Таким образом, он самовыражался и искал свой стиль, который и нашёл. В нём есть неповторимость, которая очень важна. В велоспорте, безусловно, это Сергей Курдюков – мэтр, знающий все тонкости этого вида.

 

Как младший брат преуспел

— Лыжные гонки для вас по-прежнему остаются главной любовью?

— В том числе и потому, что это одна из тех активностей, которая мне сейчас доступна. Бегать какие-то болячки уже не дают, а вот на лыжах катаюсь с удовольствием. Там нагрузка мягкая. И на «Евроспорте» продолжаю комментировать лыжные и биатлонные соревнования. Кроме того, являюсь корреспондентом ведущего русскоязычного портала по лыжным гонкам Skisport.ru. Среди специализированных сайтов он один из ведущих в мире.

— К сожалению, над несколькими российскими лыжниками всё ещё висит дамоклов меч допинговых обвинений. На ваш взгляд, Легкову и Вылегжанину удастся отстоять свою чистоту?

— Сложно сказать. Насколько я знаю, ситуация крайне сложная. Причём она может повернуться как в ту, так и в другую сторону. Очень хочется верить, что ребята чисты и обвинения надуманны.

— В своих репортажах вы всегда очень тепло отзываетесь и о многолетнем лидере белорусской сборной Сергее Долидовиче…

— Да, очень уважаю его. Если вдруг будет пересмотр результатов Сочи, ему, кстати, может достаться олимпийская «бронза» в гонке на 50 км.

— Не все понимают Сергея, не раз заявлявшего о желании завершить карьеру, но до сих пор остающегося в строю…

— Здесь нет ничего удивительного. Это физиологическая зависимость, от которой трудно избавиться. Не легче, чем от наркотической. А Сергей в свои годы ещё и результаты достойные показывает. Поэтому я его понимаю и немножко жалею, потому что, наверное, лучше сосредоточиться на какой-то одной деятельности – самому гоняться или тренировать. Это принесло бы больший эффект. Быть играющим тренером – слишком тяжело организационно и физически.

— Велоспорт, лыжные гонки, биатлон. На каком из этих видов вам сегодня интереснее всего работать и на каком – сложнее?

— Мне всё нравится. Хотя лыжные гонки, наверное, более притягивают, чем биатлон. Когда я попал в последний, он был младшим братом гонок, на него не обращали внимания ни на телевидении, ни в газетах. И на моих глазах он превратился в ведущий вид. Пусть это нескромно прозвучит, но свою маленькую толику и я в это внёс. Порой можно услышать, что его уже даже слишком много на экране, с чем соглашусь. По этой причине очень кстати было бы подтянуть лыжные гонки, по своей популярности сегодня проигрывающие биатлону, при том что потенциал у них, безусловно, большой. Они же и посложнее для комментария, поскольку не такие разнообразные в плане смены событий. С другой стороны, если ты в теме и готовишься, особых проблем не должно быть.

А вообще я сегодня работаю и на триатлоне, который в России переживает настоящий бум. В соревнованиях принимают участие больше тысячи человек. Причём с очень солидным стартовым взносом. И я не без гордости могу сказать, что одним из первых начал пробовать заниматься этим видом, пусть и на примитивном уровне. И на НТВ я этот вид, что называется, курировал, толкал. Любя эту дисциплину, признаюсь, не предполагал, что она станет настолько популярной.

Велосипед же мне интересен сейчас тем, что уже несколько лет принимаю участие в чемпионатах мира среди журналистов. И успел даже стать призёром в командной гонке.

— А перед кем из биатлонистов готовы снять шляпу?

— Я давно знаком с Оле-Эйнаром Бьёрндаленом, не раз общались с ним и в неформальной обстановке. И он мне очень симпатичен. И его личный выбор полностью одобряю. Хотя с Дарьей Домрачевой не довелось так близко познакомиться. Ещё один нестандартный спортсмен – Павел Ростовцев. Он один из тех, кто после весьма успешной спортивной карьеры довольно быстро нашёл себя в другом мире. Успел достойно проявить себя в роли тренера, что закономерно: задатки руководителя, интеллектуала в нём были виды давно. Так судьба сложилась, что он вернулся к тренерской деятельности спустя какое-то время, но только потому, что его перед Олимпийскими играми в Сочи, как говорят, упросили. И свою роль выполнил. А сейчас в родном Красноярском крае является активным политиком. Могу выделить также Николая Круглова-младшего, с которым в последнее время частенько совместно вели биатлонные репортажи. Он и друг хороший. Вообще этот список в биатлоне большой. Не могу и Виктора Майгурова не назвать, который на Олимпиаде в Лиллехаммере представлял Беларусь. Имея огромный авторитет и уважение во всём биатлонном мире, он не случайно является вторым официальным лицом в Международном союзе биатлона.

Из ваших земляков могу вспомнить Вадима Сашурина. Знаю, он отошёл от биатлона и занимается в основном игровыми видами, где его ценят. И правильно. У него своеобразный взгляд на подготовку.

Из ваших мне часто приходится встречаться также с тренером по лыжным гонкам Виктором Камоцким. Знаю, как непросто культивировать этот вид у вас. Но Виктор, мне кажется, делает всё, от него зависящее.

— А у вас ещё  есть профессиональная мечта?

— Без неё невозможно. Мне бы хотелось хотя бы ещё разок вернуться на «Тур де Франс» в любом качестве. Олимпийские игры лучше смотреть по телевизору, потому что, работая на них, будешь прикован к одному или двум объектам, а остальные старты пройдут мимо тебя. Вообще мы делаем фетиш из главных стартов четырёхлетия, на мой взгляд, не совсем правильно. В том же велоспорте главенство принадлежит не им, а «Туру». Мне бы хотелось вникнуть и в стремительно развивающийся киберспорт, пока остающийся для меня загадкой. Не прочь попробовать и экстремальные виды.

Андрей Кондрашов июль 2017 212

Андрей Кондрашов

 

555 просмотров

Ваш e-mail не будет опубликован.