ОЛИМПИЙЦЫ НА КОНТРОЛЕ

Увы, проблема запрещённых препаратов в спорте не теряет своей актуальности, скорее – наоборот. И это несмотря на то, что допинговые скандалы бьют по репутации спортсменов, тренеров, страны. И поэтому в преддверии зимней Олимпиады в Пьенчане нас не может не волновать и вопрос о том, что делается для того, чтобы их избежать. Об этом предлагаемый разговор с директором НАДА Денисом МУЖЖУХИНЫМ.

Фото Владимира Иванова

— Думаю, уже никого не удивляет, что накануне как летних, так и зимних Олимпиад кандидатам на участие в них уделяется усиленное внимание: МОК и международные федерации вводят программу по целевому тестированию. В апреле 2017 года МОК совместно с ВАДА создали международную группу разведки task force, которая анализирует планы работы и тестирования антидопинговых агентств, международных федераций, а также  результаты различных спортсменов. Некоторые информационные запросы мы оттуда получали, а ордеров на проверку кого-либо пока не поступало. Но они однозначно будут.

В Беларуси также разработана и утверждена своя антидопинговая программа, включающая три крупных блока: сам допинг-контроль, образовательные мероприятия и информационно-издательскую деятельность. Что касается первого из них, то с сентября месяца мы начали целевое тестирование кандидатов на завоевание олимпийских лицензий, которых у нас порядка 50 человек. К этому моменту уже взяли 24 пробы у представителей биатлона, фристайла, лыжных гонок и конькобежного спорта. И в ближайшее время будут проверены все остальные. Причём к кому-то допинг-офицеры могут прийти и во второй, и в третий раз. Этот блок предусматривает также взаимодействие и обмен информацией с упомянутой группой task force.

В рамках образовательных мероприятий планируем каждую команду ознакомить с особенностями Антидопинговых правил на Олимпийских играх, акцентируя внимание на их отличиях, а также довести до спортсменов не только их обязанности, но и права, которые, вынуждены констатировать, даже дойдя до самого высокого уровня, не все знают. Это будет способствовать тому, чтобы процедура допинг-контроля проходила спокойно, без стрессов. Понятно, что миновать её многим не удастся, ведь с каждыми Играми число тестов увеличивается. Если раньше из 1000 спортсменов их сдавали 200-300, то сейчас и 500 могут запланировать. Поэтому исходим из того, что вызвать на процедуру могут любого земляка. И значит, все они должны знать, как себя вести, как правильно заполнять информацию о местонахождении в системе АДАМС, какие могут быть последствия в том или ином случае. Кроме того, мы уже согласовали с НОК и готовим к изданию справочное руководство и переведённые на русский язык сами антидопинговые правила, которые наизусть знать, конечно, не обязательно, но у тренеров, врачей, функционеров они должны быть под рукой, чтобы при надобности что-то конкретизировать, уточнить. Непосредственно для спортсменов сделали выжимку из них с самой необходимой информацией. Думаю, благодаря этой программе, которая завершится перед самыми Играми, мы оградим белорусов от каких-то международных скандалов. По крайней мере, в Рио это удалось.

Ночью зря не нагрянут

— Перед отправлением в Бразилию всех тренеров и спортсменов в аэропорту дополнительно досмотрели, чтобы никто не захватил с собой ничего запрещённого…

— На это будем ориентировать все сборные и сейчас. В таких вопросах мелочей не бывает. Кто-то по незнанию сунет в сумку пачку витаминов, которые в итоге приведут к проблемам, разбирательствам. Вообще, что касается лекарств, восстановителей, то для них есть специальный медицинский груз, который формируется врачами, для снятия малейших сомнений прорабатывается с ВАДА и сопровождается необходимыми документами. Даже если речь идёт о простых витаминах, зачем их класть в свой багаж и привлекать к себе внимание, провоцировать лишние вопросы, касающиеся состава препарата, его количества, наличия рецепта и т.д. Я призываю спортсменов и тренеров не рисковать. Всё, что понадобится, им выдадут непосредственно в олимпийской деревне.

— А сколько наших представителей зимних видов спорта входит в международный пул тестирования ВАДА?

— Он постоянно меняется. На четвёртый квартал в него включены 47 человек, представляющих 19 видов, в том числе восемь зимников — два биатлониста, четыре лыжника, два фристайлиста. Кроме того, всех, кто в него не входит, но является реальным кандидатом на участие в Олимпийских играх, мы включили в национальный пул, а это восемь биатлонистов, три фристайлиста, два конькобежца и один лыжник. Всего же он охватывает сейчас 72 спортсменов, представляющих 14 видов. Многие из них только в 2017-м уже неоднократно проходили допинг-контроль. Ту же Дарью Домрачеву и других наших земляков, показывающих высокие результаты, и на этапах Кубка мира не раз проверяли, и в подготовительный период в ходе учебно-тренировочных сборов.

— Это и лыжных акробатов касается?

— В куда меньшей степени. В отличие от биатлона, лыжных гонок, фристайл не относится к группе риска. Хотя и у его представителей, по крайней мере лидеров, история тестов значительная.

— Согласно упомянутым вами антидопинговым правилам МОК, во время Олимпиады с 1 по 25 февраля  спортсмены могут быть подвергнуты процедуре допинг-контроля в любое время суток. Как относитесь к этому?

— Эта норма не нова, она и раньше звучала. Вместе с тем если нет конкретного сигнала, что человек в три часа ночи, к примеру, делает переливание крови, то к нему никто в это время не придёт. То есть без причины допинг-офицеры не допускают злоупотреблений, тем более на Олимпиаде, к которой спортсмены четыре года готовились и перед главным стартом, разумеется, должны выспаться. Как правило, после 21 часа и до 7 утра они не приходят. Они знают примерный график спортсменов и стараются не дёргать их в 5 утра, если соревнования начнутся в обед. То есть все настроены сделать этот процесс минимально конфликтным. Но если вдруг к кому-то из белорусов в Пьенчане допинг-офицеры проявят такое повышенное внимание, думаю, подключатся специалисты штаба. Поэтому важно первым делом установить хороший контакт с руководителем антидопинговой комиссии, который все эти вопросы регулирует с другим персоналом, что и постарался сделать в Рио. И, по крайней мере, там в нашей делегации подобных прецедентов не было.

А вообще спортсмен, который включён в пул тестирования ВАДА, в течение суток в каком-то конкретном месте должен находиться один час, который и указывает в системе АДАМС.  Если в это время, допустим, с восьми до девяти утра, его там не найдут, придётся писать объяснительную. При отсутствии уважительной причины выносится предупреждение. И когда их наберётся три, последует двухлетняя дисквалификация.

— В списке дисквалифицированных спортсменов, который висит на сайте НАДА, нет ни одного представителя зимних видов спорта… Это означает, что они более дисциплинированы?

— Важно понимать, что это перечень атлетов, которые в настоящий момент отбывают дисквалификацию, а не всех, кто когда-либо её получал. Поскольку Антидопинговым кодексом он рассматривается как часть санкций по отношению к нарушителям, мы обязаны его публиковать. Что же касается зимников, то, слава Богу, проблем с ними действительно меньше. Не знаю, с дисциплиной это связано или с общей культурой поведения, с отношением к этой проблеме.

Продолжая курс на аккредитацию

— Надо полагать, 1 сентября закончился пятилетний мораторий на аттестацию новых антидопинговых лабораторий?

— Нет, он был объявлен в 2013-м, так что ещё год будет действовать. Но сейчас активно обсуждается, что с этими лабораториями во всём мире делать. Потому что проблем с ними накопилось много. Первая из них – низкое качество, из-за чего едва ли не каждая третья АДЛ лишилась аккредитации. В этот список вместе с российской попали казахстанская, французская… Даже к лос-анджелесской, считающейся одной из ведущих, по определённым анализам есть претензии со стороны ВАДА. Второй вопрос – пока не выработана стратегия развития лабораторий в европейском регионе. С этой целью также создана рабочая группа, в которую вошли представители ВАДА, Совета Европы, учёные. Мы, несмотря на все трудности, продолжаем курс на аккредитацию нашей лаборатории. Поэтому даже во время моратория участвуем в различных совещаниях, где стараемся показать её возможности и гарантировать на самом высоком уровне качество работы. Естественно, и свои предложения, выработанные совместно с Минздравом, направляли как в ВАДА, так и в Совет Европы, также являющийся площадкой для обсуждения. Думаю, к 2018 году они хотя бы в общих чертах, что делать дальше, определятся.

— А на 3000 проб, как это требуется, наша лаборатория вышла?

— Сейчас с допинг-пробами она вообще не работает. С этой целью мы используем только аккредитованные АДЛ, как того категорически требуют ВАДА и Совет Европы. А нашу, чтобы люди не разбежались, оборудование не простаивало, временно переориентировали на тестирование БАДов, на обнаружение в них запрещённых веществ. Поскольку контроль за их качеством далеко не такой строгий, как при производстве лекарств, я призываю те же РЦОПы, федерации, централизованно их закупающие, не рисковать, а проверять каждую серию. Лучше потратить, условно, сто рублей, но обезопасить себя. Ведь терять медали из-за того, что в пищевой добавке окажутся какие-то примеси, очень обидно. А примеры такие были. Кроме того, лаборатория проводит научные исследования по поиску запрещённых в спорте веществ, взаимодействуя при этом с ВАДА, публикует их результаты в журналах. И для системы здравоохранения делает токсикологические и другие экспертизы. Словом, она активно работает и, что меня радует, в любой момент будет готова для аккредитации.

Это интересно!

* Впервые допинг-тесты на Олимпиаде были проведены в 1968 году в Гренобле.

* В 1988-м МОК принимает Антидопинговый кодекс олимпийского движения.

* Белорусы на зимних Олимпийских играх дважды были уличены в применении допинга. И оба случая зафиксированы в Солт-Лейк-Сити. В пробе Юлии Павлович, которую она сдала 16 февраля 2002 года после квалификации в шорт-треке на 500 м, в которой заняла 26-е место из 29 участников, содержание анаболического стероида нандролона превысило  норму в 380 раз. Но проба была случайно испорчена и признана недействительной. На повторную допинг-пробу спортсменка не явилась, сославшись на плохое самочувствие, и тайно покинула Солт-Лейк-Сити. После проведённого расследования она получила предупреждение, у её мамы и тренера Татьяны Павлович, руководителя белорусской делегации Ярослава Баричко и врача Евгения Лосицкого аннулировали аккредитации и НОК Беларуси лишили финансовой поддержки по линии МОК и программы «Олимпийская солидарность» до 31 декабря 2002 года, размер которой в 2001-м составил примерно 120 тыс долларов. 23 февраля после хоккейного матча за третье место с россиянами у белоруса Василия Панкова также выявили нандролон, за что он был дисквалифицирован на два года.

 

179 просмотров

Ваш e-mail не будет опубликован.