Полузащитник Никита Букаткин, по ходу прошлого сезона покинувший брестское «Динамо», вторую половину чемпионата провёл в боровшейся (во всех смыслах) за выживание «Ислочи». Очевидно, руководству клуба и главному тренеру пришлась по душе игра футболиста, потому как с ним решено было продлить контракт. В интервью корреспонденту «СП» бронзовый призёр молодёжного ЧЕ-2011 рассказал, как в Узбекистане добирался на выездные матчи на такси, порассуждал о скандальном уходе из брестского «Динамо» Леандро Торреса и рассказал о преимуществах жизни в столице. [caption id="attachment_101203" align="aligncenter" width="820"]
Фото: fcisloch.by[/caption]
-- Никита, у вас кругом не идёт голова от количества команд, которые сменили за последние несколько лет?
-- Не сказал бы. Я ведь не специально это делаю. Конечно, мне тоже хочется какой-то определённости, чтобы жить и играть в конкретном городе на протяжении долгого периода времени. Однако так складываются обстоятельства, что пока не получается, не всё от меня зависит.
-- Не анализировали, почему ситуация так складывается?
-- А что тут можно анализировать…Были ситуации, неудачные сезоны, после которых хотелось сменить обстановку. Ездил на просмотры в том числе в заграничные клубы. Не всегда получалось, конечно. После неплохого периода, который провёл в 2014 году в «Белшине», когда её тренировал Александр Седнёв, захотелось попробовать себя в иностранном чемпионате. Но в Узбекистане приходилось тяжело, поскольку не было рядом семьи. Климат накладывал свой отпечаток. Например, из-за сильной жары первая тренировка начиналась в семь утра, вторая – в семь вечера. После этого вновь оказался в «Белшине», подписал контракт на три года. Казалось, что уж сейчас всё станет нормально. Однако произошла такая ситуация, что руководство сказало менять клуб. Так и оказался в брестском «Динамо», потом в «Ислочи».
-- Рады, что оказались в Минске?
-- Мне поступило предложение, я его принял. Конечно, важно, что команда базируется в Минске. Семья рядом, на выходные не приходится никуда ездить, всё рядом. С другой стороны, если появятся варианты не из столицы, то их тоже буду рассматривать.
Конечно, разница между жизнью в столице страны и в других городах заметна. В Минске постоянно кипит жизнь, много движения. Конечно, важно, чтобы можно было где-то провести хорошо время, прогуляться вместе с семьёй. В Новополоцке или Бобруйске в этом плане выбор несколько более скромный, но тоже есть куда сходить.
-- Чем подкупила «Ислочь»?
-- Я знаком со многими игроками команды, с главным тренером Виталием Жуковским мы учились в одном университете. Когда я остался без команды, «Ислочь» позволила тренироваться вместе с ними. Поэтому решил что таким образом, сумею помочь команде и сам не останусь без игровой практики. В итоге всё сошлось: мы сумели сохранить прописку в элитном дивизионе, и я не был обделён временем на поле.
-- В завершившееся межсезонье не уехали за границу, потому что захотелось большей стабильности в карьере?
-- Не совсем так. Ждал предложений из-за границы, подыскивал варианты, однако не всё получилось так, как хотел: кому-то не подошёл, где-то обращали внимание на возраст, мол, 30 лет уже. Тем не менее ни о чём не жалею. Сейчас я в «Ислочи». Будем играть, работать. Главная задача – играть и выигрывать. Сейчас уже не хочется ничего загадывать наперёд, стараюсь жить сегодняшним днём. За свою жизнь столько уже раз думал о том, что произойдёт в будущем, а потом это не сбывалось…Главное, что команда готовится к старту чемпионата. Сейчас это главное. Если будет предложение из-за рубежа, буду его рассматривать.
-- Егор Зубович уехал играть в Малайзию. Не было желания попробовать также что-то экзотическое?
-- Конечно, было, однако предложений не поступало. Егор, кстати, молодец. Приехал и сразу забил в первой игре, и не сбавляет темпа. Если бы была возможность, то рассмотрел бы похожий вариант. Одного желания мало.
-- После Узбекистана у вас в карьере сплошь белорусские команды. Неужели не получали достойных предложений из-за границы?
-- Можно и так сказать. Были предложения, однако не всегда решался. Если устраивало, то ездил на просмотры, но не подходил команде. Наверное, не было рядом человека, который мог бы помочь, подсказать какой-то вариант. Много других факторов: я не футболист сборной, не играл в топовых командах.
-- Как относитесь к тому, что потенциальные работодатели часто заглядывают в паспорт игрока?
-- У всех разный подход. Кто-то смотрит, кто-то нет. Не нам оценивать и говорить, что так поступать правильно или нет. Да, я считаю, что в 30 лет футболист ещё способен показывать хороший уровень, поэтому немного обидно. Однако у каждого тренера, руководителя свой взгляд на это.
-- Наслышан, что до отъезда в Узбекистан вам поступило не самое плохое предложение от команды из чемпионата Израиля. Почему отказались?
-- Сложно сказать что-то по этому поводу.
-- Но предложение поступало?
-- Скорее нет, чем да. Потому что было мало конкретики. На то они и слухи, что иногда распространённая информация не совпадает с тем, что было на самом деле.
-- Что больше всего запомнилось за период карьеры в Узбекистане?
-- Могли ехать на выездную игру шесть часов на автобусе, потом останавливались на горном перевале, и команда пересаживалась на такси. Десять машин, в каждой по три человека. И так ещё три-четыре часа ехали. Дело в том, что наша команда была, скажем так, не самой богатой, финансовые возможности скромные, поэтому не могли себе позволить даже поездки на поезде, не говоря о перелётах.
-- Не жалеете, что после этого вернулись в Беларусь?
-- Конечно, я бы хотел остаться. Однако, как уже говорил, финансовые условия были не самые хорошие. Игроков обманывали, постоянно говорили, что «деньги будут потом». При таком отношении к футболистам находиться в клубе было невозможно. Не было желания продолжать.
[caption id="attachment_101204" align="aligncenter" width="820"]
Фото: fcisloch.by[/caption]
-- После этого вы вернулись в Беларусь и стали играть в «Белшине», которая была амбициозным проектом, тем не менее лопнувшим…
Конечно, если бы знать всё заранее наперёд, жить было бы намного проще. Однако в тот момент не думали, что всё получится таким образом. В Бобруйске появился хороший вариант продолжения карьеры, поэтому никто не думал о том, что он может быть свёрнут. Шли играть в хороший коллектив. Мы очень плохо начали тот сезон, вылетели из Кубка страны, шли в конце турнирной таблицы. Потом сменился главный тренер, назначили Геращенко, победы чередовались с поражениями. После этого уже начались задержки по зарплате. Инвесторы всё реже и реже появлялись на базе клуба. В итоге нам сказали искать себе новые места работы. Нам с Сашей Гавриловичем предложили перейти в брестское «Динамо». Всё случилось очень быстро, вопрос о переходе решили буквально за день.
-- Как относились к слухам о том, что брестчан и бобруйчан курировали одни и те же люди?
-- Конечно, читать это было неприятно, тем более что писали на данную тему практически все. Я находился внутри клуба и знал, как всё происходит на самом деле, поэтому было понятно, что два проекта никак между собой не связаны.
-- Тем не менее по ходу прошлого сезона «Динамо» объявило о расставании с вами. Поняли причину, почему всё так произошло?
-- Да, для себя сразу же уяснил, в чём дело, однако не хотелось бы озвучивать. Никаких обид на клуб у меня не осталось, хотя, конечно, был недоволен. Расставание произошло достаточно цивилизованно. Просто сказано было, кто отправляется с командой на сбор, а кто нет. Стало понятно, что меня в команде больше не видят.
-- Условия для легионеров и белорусов в клубе были одинаковые?
-- Разумеется, нет. Иностранные игроки приехали в Беларусь из других стран, поэтому условия у них были намного лучше, чем у отечественных. Тем более что им по умолчанию нужно было быть сильнее белорусов. Отношение же со стороны тренерского штаба, руководства клуба ко всем было одинаковым. На тренировку с личным шофёром никто не приезжал.
-- Тем не менее аргентинец Торрес покинул клуб. И произошло это довольно неожиданно, у истории есть много разных версий. Похож был Леандро на человека, который может самовольно покинуть клуб и уехать на Родину?
-- Да, читал об этой ситуации. Когда я играл за «Динамо», все очень хорошо к нему относились, руководство клуба помогало с детским садом для ребёнка. Всё, о чём он просил, выполнялось. Да, возможно, было тяжело психологически, потому что столько времени проводил вдали от дома. Наверное, ему поступило предложение выступать поближе к его родине. Не исключаю, что сыграли свою роль и какие-то агентские дела. Может быть, кто-то из них повлиял на Леандро и сказал, что лучше будет покинуть Беларусь. Он взвесил всё и принял такое решение. Однако о том, как было на самом деле, можно только догадываться.
-- То есть Торрес явно не был похож на игрока, который чувствует себя несчастным в Бресте?
-- Я такого не замечал. На тренировках и в свободное от них время, когда мы пересекались, по нему уж точно не было этого видно. Возможно, дома он вёл себя по-другому.
Иногда он говорил, что его семье приходится непросто психологически, не хватает общения. Питание и климат также отличаются от того, к чему они привыкли. Однако не казалось, что это примет настолько серьёзный оборот. В общем и целом не было впечатления, что Леандро – это тот человек, который может взять и уехать домой, в другую часть света, не предупредив руководство. Он всегда был спокойным и тихим.
-- Говорят, что в нынешнее межсезонье с вами связывался директор «Крумкачоў» Денис Шунто…
-- Мы знакомы с ним и с Олегом Леонтьевым, ещё одним учредителем клуба. Мы разговаривали о том, чтобы я, возможно, присоединился к их команде, но предметного обсуждения не было. Просто общались.
25.03.2018
