Генеральщики в велоспорте — особая каста. Это гонщики, способные не просто стабильно, без резких провалов, проехать трёхнедельный Гранд-тур, но и занять высокое место в итоговой классификации.
Сколь бы сильными грегари они не располагали, а в концовке самых изнурительных этапов, как правило, остаются один на один с капитанами других команд. А каждая такая битва требует запредельных сил. Стоит ли удивляться, что лишь немногие велосипедисты отваживаются примерить на себя эту роль. Белорус Константин СИВЦОВ — один из них. О своём завидном потенциале гомельчанин заявил ещё в 2011-м. Впервые выступая тогда на «Джиро д’Италия» в роли лидера HTC — Highroad, он при минимальной поддержке одноклубников смог пробиться в итоговую ТОП-10, чем никто больше из наших соотечественников похвастаться не мог. А на нынешней Corsa Rosa, завершившейся в минувшее воскресенье, представляя уже южноафриканскую Dimension Data, вновь вошёл в элитную десятку. О том, как дался этот результат, Константин рассказал в эксклюзивном интервью «СП», в котором, конечно же, была затронута и олимпийская тема.
— Не могу сказать, что десятое место на 99-й «Джиро» меня полностью устроило. Всегда нужно стремиться к лучшему. Анализируя гонку, пришёл к выводу, что реально было устроиться двумя строчками выше. Мне очень хотелось доказать и себе, и другим, что способен на большее.
— Вы вроде стартовали на «Джиро» не в лучшей форме?
— Да, ещё в феврале на «Вуэльте Андалусии», попав в завал, травмировался. Тем не менее команда заявила меня на итальянскую многодневку «Тиррено — Адриатико» и испанскую «Вуэльта Каталонии», где проблемы с рёбрами усугубились. Когда после второй из них вырвался в Минск и прошёл обследование (спасибо врачу сборной Людмиле Грудской и её мужу-хирургу), оказалось, что мне нельзя было гоняться. Прошёл курс лечения. И в конце апреля на швейцарском «Туре Романдии» уже почувствовал себя намного лучше. А после того, как российский остеопат из «Катюши» поставил все косточки на место, буквально за пару дней до «Джиро» и вовсе желанная лёгкость появилась. На четвёртом среднегорном этапе, приехав в небольшой первой группе, убедился, что всё в порядке.
— На роль капитана легко согласились?
— А мне её не предлагали. Таковым изначально считался Мерави Кудус из Эритреи. Правда, главный менеджер Рольф Альдаг, хорошо знающий меня ещё со времён выступления за HTC-Highroad, перед стартом сказал, что в этом составе способным показать результат видит только меня, на что и нацелил. Но из-за того, что остальное руководство поначалу рекомендовало держаться ближе к Кудусу, я потерял какое-то время. И только на шестом этапе с двумя вершинами второй категории, когда атаковал Якоб Фульсанг из «Астаны», понял, что упускать момент нельзя. Переложился к датчанину. Рассчитывать там приходилось только на себя, поскольку даже Игор Антон потом признался, что при всём желании уже ничем помочь не мог.
— Из-за того, что прошёл ливень, в тот день на спуске с первого перевала многие настолько замёрзли, что, жертвуя временем, даже туфли меняли. Как вы спасались?
— Я там два колеса проколол. А это всегда нервотрёпка. Видимо, из-за неё и не почувствовал такого уж жуткого холода. Не до того было. Я понимал, что должен вернуться в группу лидеров. Тем более что состояние было хорошим. Поэтому нас с Фульсангом только три человека и догнали. Там и понял, что отступать некуда — нужно бороться за генеральную классификацию, в которой перебрался на десятую позицию.
— Уже на восьмом этапе с финишем в гору второй категории с шестью километрами по брусчатке вы не удержались в первой группе, откатившись на 17-е место. Из-за того, что в начале его упали?
— Отчасти — да. Кроме того, я перегорел, когда увидел, что в результате атак фавориты, включая Ланду, посыпались, а я продолжал удерживаться в шестёрке. Просто за последние годы, работая исключительно на кого-то, я подзабыл те ощущения, когда ты остаёшься в элитном пуле с такими грандами, как Нибали и Вальверде. Поддавшись азарту, я взорвался, а нужно было идти своим ритмом, придерживаясь своей мощности. Плюс ко всему, гравий не моя территория. И на прошлогодней «Джиро» при восхождении на Коль де Финестра мне трудно было ехать, и в 2011-м. Сейчас потерял на белой дороге 50 секунд, чему не стал придавать особого значения: сегодня уступил, завтра отыграешь. Тем более что приехал с Юнгельсом, Хешьедалем и другими.
— Вторая индивидуальная гонка на 40,5 км из-за ливня оказалась экстремальной…
— Как и на всех «разделках» на «Джиро», у меня возникли проблемы с инвентарём. Две отсечки прошёл, по сути, в «одни ноги» с другими фаворитами. А потом из-за того, что колесо не очень плотно зажали, на крутом подъёме при работе на большой мощности оно сдвинулось и стало тереть о тормозную колодку. К тому моменту я почти настиг Таарамяе, а тут вдруг, хотя нормально себя чувствовал, увидел, что не могу его догнать. Меня ливень окатил на старте и затем в середине гонки — то есть на самых опасных участках, где держать велосипед было очень сложно. Вместе с тем особо не осторожничал, стараясь бороться за каждую секунду. У меня, кстати, и на прологе были проблемы с велосипедом, на чём порядка десяти секунд потерял.
Духом не падал
— Один из лучших результатов вы показали на первом королевском этапе — 14-м с шестью горными вершинами с общим набором высоты 5000 метров… — Шестое место на нём меня больше разочаровало, чем обрадовало. Дело в том, что наверху предпоследнего и самого тяжёлого перевала Пассо Джао я ещё очень хорошо себя чувствовал — ехал с запасом, контролируя пульс и мощность. Но на длинных этапах бывает, что ты теряешь слишком много калорий. К тому моменту датчик свидетельствовал, что 6000 их ушло, а это могло привести к кризису, который не заставил себя долго ждать. На спуске перед финальной горой у меня судороги стали сводить ноги. В том, что действительно обезвожен, убедился и на допинг-контроле после финиша, когда не мог сдать нужное количество миллилитров. Хотя и старался пить по ходу гонки. Но если ты, как мотоцикл, в одиночку 50 км работаешь, тебя наверняка выключит. Вместе с тем, когда на заключительной Вальпаролле меня догнал Винченцо Нибали, сильной усталости не чувствовал. Я, кстати, не знал, что нахожусь в отрыве. Просто в группе, как это нередко бывает, когда не хотят никого отпускать, начался хаос. В таких случаях надёжнее держаться впереди. Незаметно на первой горе нас больше 30 человек уехало. Хотя я совсем не напрягался — работал на пульсе не выше 150 ударов в минуту. — А о том, что на четвёртом перевале вышли в виртуальные лидеры общего зачёта, знали? — Увидев, что везём группе фаворитов больше четырёх минут и Улисси из нашей компании выпал, понял это. И не только я. Все попутчики сразу стали коситься: мол, ты теперь самое заинтересованное лицо, вот и работай. Гонщики Sky за 100 км до финиша начали атаковать. За счёт этих разборок мы увеличили преимущество до восьми минут, напугав преследователей. Погоня им нелегко далась. Я же понимал, что на таком рельефе важно работать ровно и мощно, правильно распределяя силы, что и старался делать. На том же Пассо Джао придерживался необходимых для того, чтобы не догнали, 400 ватт — то есть ехал грамотно. — 23-й результат в горной «разделке» удовлетворил? — Можно было, наверное, секунд на 20 лучше проехать, если бы не пресловутые проблемы с велосипедом. А когда он не готов, это морально угнетает. Хотя я старался не падать духом. Многие, кстати, думали, что после того, как в одиночку столько отпахал на тяжелейшем 14-м этапе, провалюсь. А мне удалось даже Нибали, правда, менявшего велосипед, и Поццовиво объехать. То есть мощно и ровно отработал, отстояв свою позицию. В итальянской прессе меня потом назвали неутомимым и гонщиком, подходящим для лидера любой команды. Так, в принципе, и есть. Тот же Ричи Порт, пока выступал в Sky, говорил: «Мне на «Джиро» Сивцова и Кириенко дайте, а остальных можете сами выбирать». — 16-й этап, которым открывалась заключительная стадия, оказался самым дёрганым. Создавалось впечатление, что это последний бой… — Потому что финальную связку горных этапов из-за обещанных снегопадов могли отменить. Поэтому генеральщики и решили пойти ва-банк. В тот день, несмотря на общий набор высоты в 2500 метров, средняя скорость составила 45 км/ч. Уже на первом подъёме нас осталось впереди лишь 15 человек, а на последних пяти километрах пошли такие разборки, что 100 гонщиков чудом уложились во временной лимит. Лично я их нормально выдержал. Хотя короткие этапы обычно не жалую. На последней неделе, когда уже вырисовалась пятёрка претендентов на трон, гонка идёт по определённому раскладу. Одни борются за розовую майку, вторая пятёрка — за попадание в ТОП-10, а все остальные — за победы на этапах. Я не стал повторять ошибки 2011 года — тащить всех на себе, что в концовке бы сказывалось. То есть ехал более грамотно, с холодной головой. — Основные события произошли, как и ожидалось, под занавес. И начались они на 19-м этапе при восхождении на Чима Коппи — Колле дель Аньело… — Для меня это был единственный действительно тяжёлый день. Возможно, это связано с тем, что утром сдал кровь. А я заметил, что, когда перед гонкой приезжают допинг-офицеры, полдистанции затем даются очень сложно из-за налитости в мышцах. — А сколько раз вас на «Джиро» проверяли на допинг? — Кровяные тесты сдавал пять раз и не однажды — мочу. Назавтра, хотя тоже поднимались на высокие перевалы, уже чувствовал себя нормально. А на Аньело ещё и ошибку допустил. Выше 2500 над уровнем моря лишние рывки чреваты последствиями. Там невозможно долго держать запредельную мощность — мотор, как в машине, начнёт барахлить. И к своему ритму потом трудно вернуться. Благо я быстро понял, что не стоит изо всех сил цепляться за лидеров. В тот момент мне здорово помог оказавшийся рядом Игор Антон. Финальную гору в тот день я, как выяснилось при анализе, проехал наравне с Чавесом и Вальверде, только в некотором отдалении от них. То есть силы оставались. — Финальный горный этап в психологическом отношении оказался самым сложным? — Нет. Я настроился на борьбу. И, как правило, если где-то тяжело, назавтра всегда испытываю лёгкость. Уже во время разминочных упражнений перед стартом я почувствовал, что мышцы отвечают лучше. — Обидно, что отпустили в отрыв «раскочегарившегося» Атапуму, который отодвинул вас на десятую позицию? — Считаю, это упущение спортивных директоров. На второй из трёх гор первой категории при мне оставались ещё два одноклубника. Когда после спуска пелетон «остановился», руководство должно было озадачить их выйти вперёд и держать отрыв в семи-восьми минутах. А это, увы, сделано не было. — Вообще Dimension Data организована похуже, чем Sky? — В каких-то моментах да. С другой стороны, я себя чувствую в ней более раскрепощённо. Хотя в британской команде и продумано всё до мелочей, не могу сказать, что меня избаловал комфорт. Я вырос в деревне. И прекрасно понимаю, что в одном клубе больше возможностей, в другом — меньше. Главное — всегда оставаться человеком. — Sky вы покинули с обидой? — Нет. Насколько я знаю, вёлся разговор о продлении контракта, но игры агента привели к тому, что пришлось самому искать команду. Я, конечно, разочарован в нём, не ожидал, что этот человек может так подвести. Но в спорте такое случается. А с персоналом клуба я и сейчас спокойно общаюсь. На той же «Джиро» некоторые директора за меня больше переживали, чем за своих нынешних гонщиков: когда Роч сидел на колесе, они кричали мне, а не ему. И бачки в горах не раз подавали.Редкий шанс
— Но главной целью сезона нынче является Олимпиада? — Конечно. Ту же «Джиро» я рассматривал в качестве промежуточного теста. Важно было посмотреть, на каком свете нахожусь, на что ещё способен. Тем более такого случая, как в Рио, где трасса ожидается на выживание, может больше и не выпасть. Рольф Альдаг, выезжавший в Бразилию со сборной Германии, подтвердил это. Мы обсуждали с ним, на чём ехать и групповую гонку, и индивидуальную. Вообще Олимпиада, где максимальный состав команды пять человек, это всегда лотерея. Надеюсь, вытянуть в ней счастливый билетик. — Готовиться будете через «Тур де Франс»? — Эта «Джиро» была второй по интенсивности за всю историю. И как дастся после неё второй Гранд-тур, неизвестно. А выступление на нём спринтерским составом ещё и с риском сопряжено. Поэтому сейчас рассматриваю вариант подводки через «Тур Швейцарии», чемпионат Беларуси и «Тур Польши» с горным сбором перед последним. Вчера как раз обсуждали его с директором РЦОП Вадимом Кривошеевым, который постоянно с нами на связи и старается решать все вопросы. Они с Женей Сенюшкиным, механиком Эдуардом Карчевским и массажистом и на двух последних чемпионатах мира обеспечивали нас, спортсменов, всем необходимым. Я даже велосипед ни разу на стойку не ставил, воду не покупал. А когда всё организовано, в команде царит спокойная атмосфера — и результаты совсем другие. Присутствие же в составе персоны-раздражителя, как сейчас на «Джиро», приводит к стрессу и не позволяет в полной мере раскрыться. Нынче мы работали и над усовершенствованием посадки для «разделки», в которой в Рио также постараюсь показать максимум.
03.06.2016
