Маленький принц большой игры

Последний мужской чемпионат Беларуси по шахматам в высшей лиге принёс безоговорочный успех Сергею Жигалко. Минчанин уверенно разобрался со всеми конкурентами, оставив позади себя старшего брата Андрея и Владислава Ковалёва, занявших, соответственно, второе и третье места.

Однако на чемпионате Европы белорус занял далёкое от пьедестала место. Что, разумеется, совсем не соответствует возможностям и амбициям Жигалко. Тем не менее Сергей был и остаётся главной надеждой белорусских шахмат.
Корреспондент «СП» побеседовал с триумфатором о рейтингах, чемпионах мира, преимуществах подводных шахмат и совместных тренировках с Викторией Азаренко.

— Титул чемпиона Беларуси стал приятной неожиданностью?

— Для меня это было не то чтобы так уж и ожидаемо, скорее, стремился к этому. Учитывая тот факт, что в турнире не смогли принять участие одни из лучших шахматистов страны Сергей Азаров и Алексей Александров, я был рейтинговым фаворитом. И вторым местом, откровенно говоря, был бы не удовлетворён.

— У некоторых читателей, не искушённых в шахматах, может сложиться впечатление, что по рейтингу Эло ещё до начала соревнований можно составить примерную финишную картину. На самом ли деле всё в мире шахмат так завязано на рейтинговых показателях игрока?

— Скажем так, рейтинг Эло отражает реальную силу шахматиста, однако нельзя сказать, что обходится совсем без неожиданностей. Бывает, человек с меньшим количеством очков обыгрывает фаворита — это спорт и здесь нет ничего заранее предопределённого. Например, на чемпионате страны двухлетней давности Евгений Подольченко был шестым или седьмым по рейтингу, но в итоге праздновал победу.

— Хорошо, тогда кто является реально и объективно сильнейшим шахматистом страны — победитель чемпионата или обладатель наивысшего рейтинга? На момент чемпионата Сергей Азаров имел высший среди белорусских игроков рейтинг, превосходя вас на девять очков…

— На мой взгляд, более реально оценивает силу именно рейтинг…

— Давайте представим такую ситуацию: один игрок, у которого есть необходимые финансовые возможности, постоянно участвует в шахматных турнирах на территории СНГ и в дальнем зарубежье, стабильно занимая места в районе четвёртых-шестых позиций. Другой же шахматист, напротив, не имеет таких денежных средств, играет довольно редко, зато во всех турнирах, в которых принимает участие, непременно побеждает. Получается, что человек, который участвует в большем количестве турниров, не занимая призовых мест, но набирая там определённое количество очков, будет стоять в рейтинге выше, нежели игрок во втором случае?

— Здесь есть вот какой нюанс: очки можно не только зарабатывать, но и терять.Чтобы рейтинг повышался, нужно не просто выступать во всех подряд турнирах, но и занимать очень высокие места. Если планку удержать не удаётся — рейтинг упадёт. В прошлом году у меня, к примеру, был рейтинг 2696, но не рассчитал свои силы, переиграл, что называется. И опустил его до отметки 2651.

— А какое количество очков позволяет включаться в борьбу за звание чемпиона мира по шахматам? Слышал, что показатель 2700 — это уровень так называемых супергроссмейстеров…

— На сегодняшний день вершину шахмат составляет примерно первая двадцатка игроков. Что касается отметки в 2700 баллов, то это такой своеобразный порог, от которого можно отталкиваться для борьбы за возможность войти в элиту мировых шахмат. Формально он не даёт права считаться непременным претендентом на матч за шахматную корону.

— Раз уж речь зашла о матче за звание чемпиона мира… Сейчас в Москве пятнадцатый обладатель этого титула Вишванатан Ананд пытается отстоять своё звание в борьбе с нашим соотечественником Борисом Гельфандом, ныне выступающим под флагом Израиля. Впервые за 125-летнюю историю матчей за мировую шахматную корону одним из участников является уроженец Беларуси. Как по-вашему, шансы на итоговую победу у Гельфанда большие?

— Возможно, это будет его единственная реальная возможность стать чемпионом мира — так близко к осуществлению мечты любого шахматиста он не был ещё никогда. И шансы у Гельфанда — примерно пятьдесят на пятьдесят. Виши — очень неплохой матчевый боец, который так просто не сдастся. Другое дело, что в последнее время Ананд был довольно пассивен: приезжал на турниры и делал много ничьих. Его, кстати, за это сейчас некоторые и критикуют, мол, негоже шахматному королю быть столь пассивным. Критики приводят в пример двух «К» — Карпова и Каспарова, каждый из которых был не просто чемпионом мира, но и олицетворением своей эпохи. Карпов после получения титула без борьбы из-за отказа Роберта Фишера участвовать в матче стал доказывать правомерность своего чемпионского звания многочисленными победами на супертурнирах. Затем наступила эпоха Каспарова — одного из величайших шахматистов в истории, который являлся абсолютным лидером мировых шахмат на протяжении почти двух десятилетий.

На фоне таких предшественников Ананд демонстрирует не столь яркую игру, нельзя сказать, что на сегодняшний день он является безоговорочным лидером мировых шахмат. А Борис давно шёл к этому моменту, это действительно настоящий профессионал, который фанатично относится к игре. Я буду очень рад, если ему удастся одержать победу.

— Говоря о пассивности пятнадцатого чемпиона мира, нельзя не вспомнить о Веселине Топалове, который проиграл Ананду схватку за корону в 2010 году. Довольно харизматичная и неординарная личность за шахматной доской и за её пределами. Достаточно вспомнить многочисленные обвинения в использовании подсказок компьютера…

— Да, среди ряда специалистов бытует мнение, что в случае победы Топалова над Анандом шахматы как вид спорта выиграли бы гораздо больше, нежели в противном случае. Они аргументируют это тем, что болгарин смог бы привлечь спонсоров, заинтересовал бы собою широкую зрительскую аудиторию. Плюс ко всему, менеджер Топалова — Данаилов известен своими хорошими организаторскими способностями.

— В числе двух участников матча претендентов не будет Магнуса Карлсена, который уже не первый год является лидером мирового рейтинга…

— Он сам отказался от участия в отборочном турнире, так как, по его мнению, формула соревнований неудачная, она не позволяет выявить по- настоящему достойнейших для участия в матче за корону. Суть в том, что теперешний формат действует по олимпийскому принципу «проиграл — выбыл», а Карлсен и ряд других известных шахматистов ратовали за двухкруговой турнир, в котором каждый сыграет и белыми, и чёрными. В итоге вышло так, что уже следующие отборочные соревнования будут двухкруговыми, а победителем прошедшей «олимпийки» стал Гельфанд.

— Вот мы говорим: чемпион мира, чемпион мира… А в чём разница между обладателем этого звания и, например, гроссмейстерами из первой десятки рейтинга? Ведь талантливых игроков в мире много: тот же Карлсен стал гроссмейстером в 13 лет, побив рекорд Роберта Фишера, является первым номером рейтинга с показателем 2835, что всего 16 пунктов уступает легендарному и пока непревзойдённому показателю Гарри Каспарова. Он также выиграл несколько супертурниров, в том числе в Вейк-ан-Зее, но даже в матче за корону ни разу не участвовал.

— Чтобы стать чемпионом мира, нужно быть не просто хорошим шахматистом. Для этого требуется совершить рывок в развитии, выйти на новый уровень, который отделяет чемпиона мира от сотен талантливых гроссмейстеров и мастеров игры. Думаю, рано или поздно Карлсен станет чемпионом. Сегодня, в 21 год, он демонстрирует игру высочайшего уровня, способен обыграть практически любого шахматиста в мире. Но борьба за корону проходит именно в матче, а играть матч — это не то же самое, что играть турниры, пусть и 20-й и 21-й категории.

— Давайте сейчас поговорим о ситуации с шахматами в нашей стране. Не секрет, что этот вид спорта на постсоветском пространстве всегда считался, можно так сказать, интеллигентным, с налётом элитарности. Просчитывать ходы над доской и гонять мяч во дворе — не одно и то же, согласитесь. И в белорусской спортивной журналистике раскручены шахматы не очень сильно, если не сказать, вообще не раскручены.

— Да, по популярности наш вид спорта уступает остальным. И причин долго искать здесь не приходится — в шахматах неискушённому человеку тяжело следить за борьбой на доске, трудно понять, кто вырвался вперёд. Если в футболе команда забивает гол, всё очень просто — это приближает победу. В шахматах же бывает так, что, пожертвовав одной из важных фигур, можно одержать итоговую викторию. Шахматы не имеют той внешней зрелищности, которая есть у игровых видов — того же футбола, баскетбола и гандбола. Конечно, люди, которые разбираются в этой игре, возразят: если присмотреться к борьбе фигур на доске, можно увидеть и почувствовать не меньший накал страстей и напряжение мысли, чем в других видах спорта.

Но дело ведь в том, что большинство людей не разбирается в ферзевых гамбитах и защите Нимцовича, без определённых знаний нельзя оценить и прочувствовать игровую ситуацию.

— У вас есть предложения, как сделать шахматы популярными?

— Учитывая, что игра в шахматы способствует развитию логики и гибкости ума, можно было бы ввести их как предмет или факультатив в школе. Тот же Гарри Каспаров пытается внедрить шахматы в российскую образовательную программу, в Армении и Грузии это уже сделано. Многие думают: «Это сложная игра, нам не понять». Но после разъяснения правил люди меняют своё мнение, находя в шахматах и интерес, и азарт.

— Лионель Месси, один из самых раскрученных футболистов современности, в начале карьеры в «Барселоне» поплавал в океанариуме вместе со скатами. Можно попытаться сделать подобную информационную бомбу: допустим, Сергей Жигалко играет в подводные шахматы в минском дельфинариуме в компании с афалинами. Звучит-то как!

— (Смеётся.) Идея нравится, но вот кто возьмётся за её осуществление? Подводные шахматы… Не думал никогда о таком.

— Но ведь общеизвестно, что красивые девушки-шахматистки снимаются для мужских журналов, например, россиянка Александра Костенюк была изображена в обнимку с шахматными фигурами в полный рост. Я не предлагаю опускаться до какой-то желтизны, но творческий и нестандартный ход в деле популяризации вида спорта сделать не помешает.

— Хотелось, чтобы увеличился интерес к шахматам, но если честно, я пока не знаю таких креативных людей, которые могли бы помочь в этом деле.

— Шахматы шахматами, а отдых нужен всем спортсменам. Как любите расслабиться и провести время?

— Люблю гулять на свежем воздухе, стараюсь держать себя в хорошей физической форме. Турниры забирают много сил и времени, поэтому в перерывах между ними стараюсь переключаться на другие вещи. Вот зимой в университете сессия, всё внимание было акцентировано на сдаче экзаменов и зачётов. Люблю ходить на концерты органной музыки, был вот на матче хоккейного «Динамо» на «Минск-Арене». На дискотеки в клубы ходить не люблю, лучше с друзьями посидим в кафе или где-нибудь ещё. Раньше ходил на борьбу, у меня ведь папа мастер спорта по борьбе. Теннисом большим занимался, вместе с Викой Азаренко, кстати, в одной группе.

— ??!!

— Да, ездил на турнир в Пинск с ней на машине. Теннисом занимался с 1998 года и помню прекрасно её, мы же с ней ровесники.

— Давно ли последний раз общались?

— Уже давненько. Она ведь теперь стала вся такая… возвышенная, к тому же живёт за пределами Беларуси. Я, кстати, приходил на показательное шоу Вики в Минске, когда она и Каролин Возняцки проводили благотворительную акцию. Искренне рад за Викторию, она молодец, добилась таких больших успехов.

— Ваш брат Андрей также известный шахматист. Тема шахмат дома уже иссякла или стараетесь в кругу родных её не поднимать?

— Отчего же, мы говорим о шахматах, брату они ведь нравятся не меньше, чем мне. Правда, вижусь с ним теперь не так часто, как раньше, у него теперь семья, ребёнок маленький.

— Отец самых известных сестёр-шахматисток в истории — Жужи, Софии и Юдит Полгар — поставил на своих дочерях эксперимент, научив их играть в шахматы с детских лет. Результат всемирно известен — все трое играли на профессиональном уровне, младшая Юдит так и вовсе считается величайшей шахматисткой в истории среди женщин, вот уже 25 лет возглавляя мировой рейтинг. А вы провели бы такой эксперимент со своими детьми?

— Я бы научил их играть в шахматы, но выбор оставил за ними. Никогда не стоит принуждать человека выбирать что-либо. Если бы мой ребёнок захотел заниматься каким-то другим видом спорта, я бы его поддержал во всём.

433 просмотров