Сергей Макаренко: мы готовились, а переживало руководство!

Ведь 29 августа 1960 года, ровно 60 лет назад, молодые гребцы Сергей Макаренко и Леонид Гейштор произвели фурор, выиграв первые золотые медали на Олимпийских играх в Риме. С одним из тех, кто добыл эту легендарную победу — Сергеем МАКАРЕНКО — корреспондент «СП» и вспоминал это событие.

— Ваш успех 1960 года стал грандиозным событием для страны. Как ощущения спустя столько лет?

— Да, точно! Это были 17­е Олимпийские игры, и сейчас мы каждый год вспоминаем это событие. Раньше поменьше было интереса к датам, а сейчас к таким моментам проявляют куда больше внимания. Конечно же, незабываемы те интересные времена. Мы были молоды, впервые участвовали в таком мероприятии… К гребле перед Олимпиадой вообще проявляли большой интерес. Зрителей собралось очень много, турнир ведь проходил почти в черте города.

— До турнира в Риме уже выезжали в Европу?

Да, в этом же 60­м году нас уже вывозили за границу. Мы были сначала в ГДР, потом в ФРГ на регате в Ганновере, где мы тоже выступали в турнире. Перед Олимпиадой для нас каждое соревнование в составе сборной было контрольным. У нас с Леонидом Гейштором была молодая двойка, мы не были на слуху, такие «скороспелые» ребята.

1

— Расскажите о пути к Играм­1960.

— В 1959 году мы выиграли спартакиаду на 10 тысяч метров, но на Играх уже 1000 метров, и нам пришлось очень серьёзно перестраиваться. Со стайерской дистанции на условно спринтерскую. Конечно, всё это так или иначе связано, тем не менее перестраиваться всё же приходилось. Кое­где проигрывали, кое­где выигрывали. Но когда мы поехали на соревнования в ФРГ, то показали уже отличный результат — очень уверенно выиграли! После этого нам ещё предстояло несколько контрольных состязаний.

Перед Играми мы готовились под Ленинградом. Очень упорно и настойчиво отрабатывали дистанцию  в 1000 метров. В то время на Олимпиаде это была единственная дистанция. Хотя в нас тогда не особенно верили, конечно, всё же мы были очень молодыми. В нашем виде спорта на тот момент доминировали ленинградцы и москвичи — как среди спортсменов, так и среди тренеров.

Но под нас даже специально создавали экипажи конкурентные. Однажды, например, соперничали с очень сильным экипажем и уверенно у них выиграли — 7 секунд! После этого нам сшили костюмы, а мы подготовили лодку для отправки в Италию. Тем временем продолжали  заниматься на аналогичной лодке здесь.

Но вот что забавно. Мы выехали сначала в Москву, чтобы отправиться на Олимпиаду, а команда уже улетела! Никого нет, а мы остались! Нам тогда не сказали, в чём дело и что случилось. Ну мы с Гейштором продолжили в Москве усиленно тренироваться, ждали своей очереди. Надеялись, что вскоре всё же полетим.

— Как же так получилось?

— Потом узнали, что по советским идеологическим критериям, характеристикам, которые нам дали, мы и не прошли. Оказалось, что Гейштор себя с идеологической точки зрения повёл неправильно. Когда мы стали чемпионами СССР в 59­м году, к нему на работе подошли и сказали, мол, ты, чемпион, давай в комсомол! А он взял и послал их! (Смеётся.)

Но у меня, к счастью, политических заслуг было больше, и в этом плане репутация была в порядке. Так что нас в конце концов пустили, и мы улетели.

В Италию прибыли, а там жара сумасшедшая — до 40 градусов! Было тяжеловато. Так что хорошо, что не поехали раньше и тренировались в умеренном климате. Это, возможно, и помогло нам не успеть физически «остыть».

— Акклиматизация не мешала?

— Жарковато было, конечно, тяжело готовиться в таких условиях. Всё время под душ бегали. Но я переносил это нормально, а вот напарнику было тяжелее. Но ничего, всё мы выдержали!

— Расскажите про ваш заплыв.

— Сначала был предварительный заезд  — мы уверенно выиграли. Затем финальный заплыв. Он прошёл без всяких эксцессов, тоже его уверенно выиграли. Мы сразу вышли вперёд, сперва немного, а затем нарастили темп больше и финишировали с разрывом примерно в 3 секунды — просвет с целую лодку!

2

— Ваша победа стала фурором!

— Да, это была первая золотая медаль на этих соревнованиях. Не только в гребле на байдарках и каноэ, а вообще в советской делегации. К этому моменту ведь уже неделя прошла, а не было ни одной золотой медали.

— Волновались?

— Мы пацанами­то ещё были, особенно не переживали. Готовились, а переживало руководство! В то время даже не особенно задумывались, что это первая золотая медаль в БССР. Потом, когда начали раскапывать, нам сказали, что мы стали первыми. Я по программе Олимпийских игр глянул —  действительно, всех опередили! Вот так мы стали первыми олимпийскими чемпионами с первыми медалями в рес­публике.

— С высоты лет и опыта как вам кажется, что за факторы позволили выковать победу?

— Мы очень хорошо и настойчиво тренировались. Была большая общефизическая подготовка. Долго готовились в Грузии на весенних сборах, на водоёмах около моря. Было тяжеловато, но мы всё выдержали. Фундамент же как закладывался? Сначала гребца готовили на выносливость в зимне­весенний период, а затем уже шла скоростная подготовка. Если фундамент хорошо заложен, то смело можно развивать скоростные качества. Это нам и помогло. Мы никогда не сачковали, старались качественно работать. Учились у более опытных. В сборной среди нас были и чемпионы мира, и олимпийские чемпионы. Наша задача была приобрести уверенность и завоевать расположение тренерского состава. Мы этого добились!

Также добились стабильности и лёгкости хода лодки. Вся эта масштабная подготовка и сказалась на результате Олимпийских игр и других соревнований, которые предшествовали Олимпиаде.

— Нужно обладать очень хорошей физической подготовкой…

— Да, гребля — очень тяжёлый с физической точки зрения вид спорта. Гребец на каноэ «состоит» из марафонца с высокой выносливостью и сильного штангиста. Мы, например, гребок оценивали в килограммах. Были исследования, имелись приборы, с помощью которых можно было проверить эти данные. Гребок обыкновенный — 40 килограммов, а если скоростной — то уже 80! Весло сгибалось в дугу! Если плыть 500 — 1000 метров, то считалось всё по 80 кг. Мы в минуту делаем 60 — 70 гребков, а 1000 м идём около 4 минут, вот и выходит нагрузочка! Я всегда шутил, что мы в два раза больше, чем штангисты, за тренировку веса поднимаем. Зимой, когда не на воде, мы готовились на лыжах, на коньках, кроссы бегали, гимнастикой занимались, штанги поднимали, в игровых видах спорта готовились, очень много было подводящих упражнений.

— Непосредственно перед Олимпиадой вы преимущественно тренировались сами или к вам кто­то был приставлен?

— У нас в сборной наставника, в общем­то, и не было. К нам иногда подключался Соловьёв Василий Иванович из Ленинграда, помогал. А так мы практически всё время готовились сами, индивидуально. В сборной команде как такового тренера не было. Мы сами обговаривали ходы, скоростные качества, технические моменты. Подсказывали друг другу что­то.

— В условиях такой самоподготовки было важно, чтобы парт­нёры ладили. Как вам работалось с Леонидом Гейштором?

— Мы очень хорошо ладили. Я был спокойным, а Гейштор, напротив, импульсивным. Так что я его немного останавливал всё время в быту. И, хотя по характеру были совсем разными, ладили хорошо. Мы в работе подходили друг другу идеально.

3

— Как оказались в одной лодке?

— Напарник Гейштора был моложе и по возрастным критериям не проходил на спартакиаду. Поэтому меня посадили к нему в двойку и у нас лодка на удивление прекрасно пошла. Это сразу оценили тренеры. Сейчас с высоты опыта сам удивляюсь. Он был нетяжелый, а я был хорошо подготовлен. В то время занимался плаванием, лыжами, был во взводе военного многоборья в армии. В плавании у меня быстро шел рост, плавал на уровне КМС тогда. С дыханием было хорошо и это в гребле пригодилось, ведь там важна работа лёгких. Вот так мы с ним и отработали. И потом хватало чего, чемпионаты мира и Европы…

— Какой-то совместный забавный момент можете вспомнить?

— Я женился в 61-м году, а мой странный напарничек не приехал ко мне на свадьбу! (смеётся) Как же, говорит, мы теперь втроём будем грести?! Нет, чтобы порадоваться, что напарник семью создал… Вот так по жизни с ним и шли. Мы разные были, но друг другу помогли – стали чемпионами!

— Нынешнее состояние гребли в Беларуси греет душу?

— В нашем виде спорта сейчас всё пока в шоколаде! У нас отличный главный тренер — Шантарович, спортсмен советской закалки. Я его хорошо знаю и очень ценю. У него интересный научный подход. Сборная сейчас в хорошем состоянии: держится на ветеранах, к которым подключилась талантливая молодёжь. Так что гребля сейчас на высоте, и это надежда для страны!

4

ФОТО: Владимир Иванов; архив спортсмена.

Последнее

подписка

Подписка оформлена! Ждите наших новостей

Специалистам

Согласие во имя созидания и мира

Эффективно, но в зачатке