Станислав ДРАГУН: я полез туда, куда не надо

Чуть больше месяца назад профессиональную карьеру футболиста завершил Станислав Драгун. Подающий надежды полузащитник, лидер сборной Беларуси, выступления за минское «Динамо», БАТЭ и ряд клубов российской Премьер­лиги — всё это уместилось в насыщенные 18 лет жизни в футболе. Правда, в биографии спортсмена была и не спортивная составляющая, а политическая. И футболист по итогу оказался в проигрыше из­-за выбранной позиции. Вчера в Доме футбола прошла пресс­конференция, в которой нашлось место и неудобным вопросам для Драгуна.

— Станислав, Вы решили прервать молчание данной встречей с журналистами. По какой причине?

— В первую очередь, хотелось бы развеять тот информационный шум, который существует вокруг моей персоны, и из первых уст донести свою позицию. Данная встреча — это, скорее, о подведении итогов карьеры, а не о причинах её завершения.

— Признайтесь, тяжело ли Вам далось такое решение?

— Знаете, наверное, завершать карьеру было нетяжело. На протяжении почти двадцати лет ты постоянно в тренировках и, конечно, уже подустал. Единственное, что смущает, это непривычное состояние по утрам, когда ты привык всегда ехать на тренировку, живешь по распорядку. Пока что у меня всё находится в хаотичном состоянии, некоторые не­удобства присутствуют.

— Возможно, Вы знакомы с выражением «в футболе и политике разбираются все», хотя, конечно, вещи эти разные и имеют свои детали. Как Вы считаете, должен ли спорт­смен и футболист в частности лезть в политику?

— Ответом на этот вопрос хочу предостеречь всех, особенно молодых, и сказать, чтобы они занимались исключительно своим профессиональным делом и ни в коем случае не лезли туда, где не разбираются. Пример этого сидит перед вами — в 2020 году я точно полез туда, куда не надо. Можно сказать, что не совладал с тем давлением, которое на меня оказывалось. Поэтому хочу дать футболистам совет и сказать просто: занимайтесь футболом. Политикой должны заниматься политики, а футболисты и тренеры — футболом.

— Вы долго играли за сборную, были её капитаном. Как вы считаете, насколько важны для профессионального спортсмена флаг, гимн и другая государственная символика его страны?

— Конечно, это важно. Быть патриотом для меня — любить свою землю, прославлять её. Играть за сборную — лишь малая часть того, как можно демонстрировать свой патриотизм. Даже если говорить об индивидуальных видах спорта, в которых люди вынуждены выступать под нейтральным флагом, всё равно их успехи связаны с успехами всей страны. Это также важно для поднятия духа.

— Наши клубы сейчас играют в еврокубках, футболисты имеют доступ к международным стартам, спасибо ФИФА и УЕФА. Однако далеко не все спортсмены могут сейчас соревноваться, хотя это никак не связано со спортом. Справедливо ли это и могли бы вы поставить себя на место тех, кто всю жизнь готовился для выступления на Олимпиаде?

— Это политизированное решение. Когда все говорят, что спорт вне политики, они, сами того не понимая, себе врут. Испытываю чувство обиды, когда спортсмены, покинувшие страну, призывают международные федерации не допускать белорусов до соревнований. Мы не говорим им как жить там. Хотелось бы, чтобы и они не учили нас. Я думаю, если бы клубам или сборной разрешили выступать у нас дома, то и результаты были бы лучше.

— Некоторые называют футболистов «молчунами», мол, не имеют гражданской позиции. Вы находитесь в футбольной среде, что говорят спорт­смены, почему они себя так ведут?

— Знаете, для них эта тема уже набила оскомину. Эти призывы оппозиционных СМИ вызывают раздражение.

— Станислав, любите ли Вы нашу страну и на что готовы пойти ради нее?

— В СМИ часто упоминают моё имя как оппозиционера, но это не так. Безусловно, я люблю Беларусь. Я никуда не уехал, остался здесь, хотя были хорошие предложения зарубежом. Мне хотелось бы и дальше работать здесь на благо футбольного общества, на благо всей страны, но уже в другой ипостаси. Я очень люблю свою страну, свою малую родину — деревню Боровляны. Готов сделать многое, в первую очередь в том, в чем сам разбираюсь — это в футболе. 

Считаю, что ни в одной стране не делается для спорта так много, как в Беларуси, где государство — главный инвестор для развития. В моём детстве не было такого количества стадионов. И то, что сейчас спортивные объекты есть во многих городах и посёлках, очень впечатляет.

— Вы уже вспоминали то давление, которое оказывалось на Вас, когда Вы в 2020 году записали видеообращение в защиту некоторых белорусских спортсменов, не согласных с государственной позицией. Что подвигло тогда Вас на такой шаг?

— Это было фактором общественного давления. Трудно устоять, когда на тебя постоянно пытаются оказать влияние. Наверное, стоит себе сейчас признать, что я не справился с этим тогда, хотя и играл на больших стадионах, которые принимают и по 60 тысяч болельщиков. К сожалению, здесь мне не удалось правильно отреагировать на ситуацию.

— Проводило ли руководство клуба БАТЭ нужную разъяснительную работу в тот период? Говорили ли, что спорт должен быть вне политики?

— Да, такие беседы были, они проходили с участием начальства. Разъяснения были как индивидуальные, так и общекомандные.

— Вы осознавали, что этот поступок в дальнейшем может повлиять на Ваше будущее в футбольном клубе БАТЭ и на перспективы игры в национальной сборной Беларуси?

— Понимаете, в том видео мы выступили против насилия. Я даже и подумать не мог, что такое будет восприниматься в каких­то оппозиционных целях.

— Кроме успешных сезонов в Беларуси в Вашей карьере есть большой отрезок выступлений в российских лигах. Возможно, Вы рассматривали варианты с продолжением карьеры в России, если что­то пойдет не так? Были ли какие­нибудь предложения из Премьер­лиги?

— Да, было несколько предложений, в том числе, и из российской Премьер­лиги. Также были варианты с продолжением карьеры в Казахстане, но я для себя решил, что никуда не уеду. Также у меня была договоренность с покойным Анатолием Анатолиевичем Капским, что я завершу карьеру в БАТЭ. Могу сказать, что я счастлив и горд, что не поддался соблазну поехать зарабатывать дальше деньги, а сдержал своё слово и остался играть в белорусском клубе, которому отдал много лет своей жизни.

— Когда к Вам пришло осмысление, что Ваш тогдашний шаг в политической направленности был неверным?

— Хочу донести до всех: у меня не было никакого политического решения, тем более, я не подписывал никаких писем. Я был абсолютно нейтрален, а если говорить о том видео, то мне его тяжело отнести конкретно к политическому выбору.

— Станислав, Вы объявили о завершении карьеры в начале лета. Почему это произошло именно сейчас — не в начале сезона, не в конце, а в середине?

— Всё банально: посмотрел в зеркало, увидел несколько лишних килограммов, и стало очевидно, что пришло время завершать.

— Поговорим о будущем. Может, Вы уже определились с тем, где хотели бы поработать в белорусском футболе?

— Тренером мне быть не хочется, однозначно. Знаете, это как будто проживать вторую жизнь футболиста, хотя это ещё тяжелее. Когда ты профессиональный игрок, то по сути отвечаешь только за самого себя — подготовка, выступления и так далее. Когда ты тренер, то под твоей ответственностью находятся двадцать два человека, иногда тебе не совсем понятные, поэтому тренером я точно не буду. Я отучился на спортивного директора  в Москве в Высшей школе экономики, поэтому связываю себя с этой деятельностью. Посмотрим. Жизнь не только футболом богата, буду заниматься и другими интересными вещами. Нужен буду в футболе — поработаю в нём. Как сердце подскажет…

Последнее

подписка

Подписка оформлена! Ждите наших новостей

Любителям

Выставка «Отдых-2023»: открываем новые туристические горизонты

Иван Прокопьев: План – зарабатывать на боях