Не только замок: в Новогрудке появился новый туристический маршрут

Про Новогрудок у нас знают и путешественники его любят. Но при таком интересе до сих пор там существовал один-единственный туристический маршрут. Где в приоритете был старый замок. И вот в рамках недавно проведённого Национальным агентством по туризму очередного образовательного семинара состоялась презентация маршрута номер два по Новогрудку и его окрестностям.

Новый маршрут прежде всего удобен тем, что предлагает по пути следования из Минска первую остановку сделать в Мире. На этот раз нас провезли мимо тамошнего знаменитого замка в местную школу. Где имеется сразу два музея. Один – краеведческой направленности, и там всё более-менее предсказуемо и понятно. Разве что привлёк внимание стенд, посвящённый нашему известному в прошлом футбольному арбитру Вадиму Жуку. Он, оказывается, родом из тех мест и в Мире этим фактом гордятся. Второй школьный музей посвящён другому уроженцу здешнего края, которого в Чили почитают как  национального героя. Игнатий Домейко — это пожалуй, сегодня самый известный в мире уроженец белорусской земли, если учитывать, сколько всего объектов на планете, а то и в далёком космосе названо в его честь. И в Беларуси 17 населённых пунктов так или иначе связаны с его именем. А в далёком Чили есть город Домейко, библиотека его имени, улицы в 10 городах, железнодорожная станция и один из главных хребтов Кордильер. А ещё существует астероид Домейко, одноимённый фонд, музыкальный ансамбль. Его именем назвали открытый учёным в чилийских горах минерал и ископаемый моллюск, а также найденный и описанный Домейко вид фиалки – «виола домейкана». В столице Чили установлен памятник  с надписью на испанском «el gran iluminador», что означает «великий просветитель». 2002 год в связи с 200-летием со дня его рождения  ЮНЕСКО  и вовсе провозгласил годом Игнатия Домейко.

У нас, конечно, городов и мемориалов в честь Игнатия Домейко нет, но улицы его именем названы в Гродно, Лиде, Новогрудке, Кореличах. А музей в  память о своём знаменитом земляке сначала появился в школе деревни Медвядка, где и родился в 1802 году будущий чилийский национальный герой. Когда в 2013 году Медвядская базовая школа прекратила существование, музей, к счастью, не пропал, а со своими фондами и экспозициями был перевезён  сюда, в Мир. И сейчас его экскурсоводы-школьники приветствовали нас и на испанском языке.  Так как гости с Латинской Америки в этом музее тоже не в диковинку. Из последних – правнучка героя Чили. 

За время пребывания в этой школе фонды музея Домейки существенно обновились и пополнились научными и исследовательскими материалами из зарубежных научных центров. Из Латинской Америки сюда была передана капсула земли с могилы учёного, а также исторические издания Чилийского государственного университета имени Домейко. 

И ещё несказанно удивил один из той четвёрки встретивших нас экскурсоводов. Десятиклассник Павел Бычко обладает мощным, густым и поставленным профессиональным голосом. Показалось, что даже знаменитым отечественным дикторам и певцам он, как минимум не уступает. «Откуда такой дар?» – не удержался я от вопроса.   – «Сам тренирую, разрабатываю, да и отец вроде неплохо пел»,  – невозмутимо сообщил школьник. Подобные расспросы для него, похоже, не в диковинку.

Впрочем, на этом сюрпризы мирских учреждений отечественной системы образования не заканчиваются. В посёлке ещё располагается художественный колледж, где готовят  мастеров по таким редким и дефицитным специальностям, как мастера керамики и реставрации. Колледж готов принимать экскурсии и демонстрировать гостям как процесс обучения, так  и музей с образцами работ своих питомцев. А еще туда  можно заглянуть ради яркого представления тамошнего кукольного театра «Батлейка». Преподаватель Константин Петриман вместе с будущими гончарами и реставраторами   в своё время вызвался  возродить знаменитую батлейку, которой когда-то славился Мир. Здесь существовала своя собственная школа батлеечного мастерства. Возрождали не по наитию. Ради этого группа энтузиастов взяла курс на Российский этнографический музей в Санкт-Петербурге, ведь там как раз и хранились многие аутентичные белорусские батлейки и куклы. Содержание будущих постановок искали в расспросах у местных старожилов. Чтобы воскресить именно те, что видели миряне в начале прошлого века. Встречи с теми дедушками и бабушками помогали шлифовать и речь театральных героев.

 – Обошли всех жителей в округе, которые могли что-то помнить из рассказов своих предков. Тексты сшивали едва ли не по фразам. Зато постепенно стала вырисовываться точная канва нескольких ставившихся тут сто с лишним лет назад постановок, — вспоминает Константин Леонардович.

Нам показали фрагмент одной постановки из театрального репертуара. Действо оригинальное, завораживает, голоса очаровывают – весьма профессиональная работа. И не случайно о здешнем  народном кукольном театре сейчас хорошо знают в Гродно, Бресте, Минске, наслышаны и за рубежом. Профессионалы тоже высоко оценивают качество постановок мирской «Батлейки».

Мир – весьма незаурядное историческое местечко. И даже просто так прогуляться по улицам будет любопытно. Тут издавна жили представители редких конфессий, сохранился ряд исторических зданий, принадлежавших представителям еврейской и татарской национальностей. Уцелели и дома, построенные знаменитым местным, так сказать, олигархом Блехом – ещё та архитектура. Была тут в своё время и иешива — высшее религиозное учебное заведение. Да не простая иешива, а, как говорят знатоки иудейской веры, иешива над иешивами! После Второй мировой войны разделилась на несколько иешив, и те нынешние её части, что функционируют в Иерусалиме (крупнейшая на планете и занимает целый квартал) и Нью-Йорке, продолжают считать себя «мирскими». До 1939 года существовала здесь и мечеть. А представитель радзивиловского рода князь Кароль Станислав, более известный под прозвищем Пане Коханку, в своё время планировал устроить в Мире своеобразную цыганскую столицу. Уж очень масштабные и известные на всю округу собирались тут конские базары. И верховодили там, разумеется, цыгане. Находить лошадей, сторговывать, лечить, поправлять и готовить к последующим перепродажам им не было равных. И какие деньги крутились вокруг подобного базара, тоже понятно: лошадь в то время значила многое и тогдашний лошадиный базар значил даже больше, чем нынешний авторынок.

Из Мира недалеко до Щорсов – былых владений магнатов Хрептовичей. Там руины их усадьбы, которую местные власти сейчас пробуют продать. Стартовую цену постоянно опускают, но покупатель пока не находится. Создан и  специальный фонд, пытающийся найти средства на восстановление. Недавно  сюда вернули несколько книг из разграбленной во время первой мировой войны библиотеки. Немецкий офицер, чье подразделение тогда занимало позиции под Щорсами, не пустил захваченные во дворце книги на растопку, а забрал и сохранил. Завещал вернуть книги на родину. И наследники недавно выполнили его волю.

В Щорсах  был величественный архитектурный комплекс с грандиозным парком и системой искусственных прудов. И собрана одна из известнейших европейских библиотек, насчитывающая почти два десятка тысяч редких книг, фолиантов и научных работ. И даже переписка Богдана Хмельницкого со своими  гетманами и дневники  посольства Польши тогда хранились не в Киеве и не в Варшаве, а вот здесь, в провинциальных Щорсах. Библиотека старинного белорусского рода Хрептовичей и сейчас является предметом интереса сразу нескольких государств. И примером того, какими сложными и запутанными путями способны перемещаться культурные ценности.

Имение Щорсы прославил Иоахим Литавор Хрептович, последний канцлер Великого княжества Литовского. Он не только красиво строил и собирал  редкие книги. Здесь первыми в хозяйстве применили механизацию и паровую машину, позволившую облегчить труд крестьян. Урожаи, превосходившие нынешние, тогда собирали без всяких химических добавок и руководящих указаний из центра.  И ещё в эпоху Хрептовичей здесь функционировала самая настоящая судоверфь. А спущенные в воды Немана под Щорсами речные суда развозили грузы  вплоть  до портов на Балтийском море. Кстати и крепостное право тут отменили на 60 лет раньше, чем это было сделано по всей Российской империи. 

Для строительства главной усадьбы магнаты выбрали стиль французского классицизма эпохи Людовика XV. Дворец был построен в 1770–1776 годах. А разрушен в XX веке. Сохранились лишь некоторые  фрагменты: двухэтажное здание домика управляющего, левый флигель, каре служебных корпусов, коптильня, развалины кузницы и конюшен.

Уцелел и величественный храм, после многих лет забвения и разрухи он вновь стал действующим. Хотя по виду, духу, да и своему нынешнему состоянию он наглядно напоминает самые давние исторические времена. Его тоже возвели во времена Хрептовичей. Строили с размахом. В небольших посёлках, как правило, не тратились на столь величественные постройки. А тут из Италии и Франции специально приглашали архитекторов с именем. Джузеппе Сакко, Карло Спампани и Якуб Габриэль спроектировали храм в форме корабля с пологой двускатной крышей. Монументальная постройка объединяла в себе сразу два стиля – барокко и классицизм. И ещё получила парадную  высокую входную арочную галерею.  

В  годы советской власти храм закрывали. А потом творение итальянских и французских зодчих приспосабливали и под спортзал, и под зерносклад. Сейчас вернули верующим. Здание храма хоть и не сохранило изысканных декораций и богатого оформления, но и сейчас выглядит масштабно и несёт отпечаток  архитектурного вкуса. 

Поэтому сегодня стоит сюда приехать посмотреть оставшееся из прежнего величия и поверить, что что-то из прежних архитектурных шедевров получится восстановить. По все стране находятся неравнодушные люди, болеющие за это дело. На сайте фонда публикуется их список. И список этот постоянно растёт. Так что задумка создать тут, на берегу Немана, яркий  масштабный туристический комплекс выглядит не столь уж и утопической. Может получиться наглядный пример, что люди, когда-то по невежеству превратившие это величественное историческое место в руины, способны и исправить свою ошибку. 

Как  это делается – едем смотреть дальше в Любчу. Она тут совсем неподалеку от Щорсов. Там в 1581 году влиятельным магнатом ВКЛ Яном Кишкой на крутом берегу Немана был выстроен величавый замок. С одной стороны его защищала река, с остальных трёх – заполненный водой глубокий ров. За свою историю замок неоднократно менял хозяев,  перестраивался, а в последнее столетие уже лишь только разрушался.  Особенно досталось ему во время Первой мировой войны. Артиллерия с противоположного берега расстреливала постройки практически в упор.

 Тем не менее всё, что уцелело до наших времён, считалось памятником архитектуры ХVI—XIX веков, коих у нас в стране сыщется не так уж и много. Тем более Любчанский замок был выстроен по весьма оригинальному проекту, сочетавшему в себе стиль готики и ренессанса.  

Ко времени, когда на полуразрушенный замок в принеманской глубинке обратили внимание, тот представлял из себя только две полуразрушенные угловые башни и несколько свежепостроенных каменных зданий прошлого века, которые возвели на сохранившихся фундаментах прежнего дворца. С использованием этих старинных остовов и фрагментов стен тут была построена сельская школа. «Когда мы учились, одна из башен была почти разрушена, вторая была целее и там сделали спортзал, а также кладовки, где хранили инвентарь»,-  вспоминают  местные бабушки. Детей было много, на три выпускных класса набиралось. И было почему-то очень много девочек. Однажды были вынуждены целый класс сделать полностью девичьим, там училась  31 школьница».

А потом и школу в бывшем дворце закрыли, построив новую в другом месте.

В 2003 году возрождать этот разрушенный замок взялся уроженец этих мест Иван Печинский. Многие годы вёл реставрацию сам и сугубо за свои  средства. Хоть исторические постройки формально  ему как бы и не принадлежали, они продолжали числиться на балансе райисполкома. Постепенно подключились волонтёры, появился и специальный благотворительный фонд. На сегодня восстановили стену и одну из башен, где планируют разместить  экспозиции и открыть библиотеку. Здесь уже вполне можно проводить исторические представления и фестивали. И проводятся. Что и продемонстрировали нам сотрудницы местного Дома культуры. 

Сейчас на земле сооружается купол для другой башни, которую намечают восстанавливать. А в землю забиты сваи под её возведение, укрепляется берег. Если  действительно удастся восстановить все угловые башни, мосты и дамбы, а намётки подобных грандиозных планов как бы начинают реализовываться, то вполне может в нашей Любче возродиться тот замковый комплекс европейского масштаба, коим  он являлся в прежние века. И Щорсам хороший  пример.

Сейчас Любча – это тихий посёлок. А в средние века было богатое селение, где активно развивалась экономика и торговля. Ещё совсем недавно отсюда ходил до Новогрудка поезд. Отправлялся два раза в сутки, и это было так удобно жителям посёлка и окрестных деревень. В Новогрудке даже здание железнодорожного вокзала есть – спросите любого, вам покажут. Вокзал есть, а поездов не стало... 

Железнодорожные пути узкоколейки проложили тут немцы во время первой мировой войны. По ней к фронту, что стоял несколько лет под Любчей и Щорсами, подвозили боеприпасы и продовольствие. В пятидесятые годы этот участок именовался 12–й дистанцией барановичского участка железной дороги. Были планы расширить узкоколейку до полноценной коллеи и пустить поезда напрямую до Городеи и Столбцов. Когда же в шестидесятые годы в СССР принялись осваивать казахстанскую целину, то, чтобы покрывать тамошние огромные расстояния, стали спешно строить узкоколейки. Вот и сняли тогда рельсы под Новогрудком и перебросили их в Казахстан.

Энтузиасты сейчас пробуют хоть что-то отыскать из той старой «железки» и её подвижного состава. Пока не удалось обнаружить ни паровозов, ни вагонов. Отдельные мелкие экспонаты представлены в музее в Барановичах. Но о возможности восстановления прежней узкоколейки, хотя бы для туристических целей, тут всё равно не перестают мечтать.

подписка

Подписка оформлена! Ждите наших новостей

Навстречу Токио

Не боясь «мясорубки»

Павел Мудрагель: ложка дорога к обеду